Онлайн книга «Большая игра»
|
— Но сейчас у них у самих полыхает в Индии? — Долг платежом красен, – пожал плечами Март. — Твоими молитвами… Ну, хорошо. А что ты скажешь о Североамериканских Соединенных штатах? — Я полагаю, в долгосрочной перспективе именно США будут нашим главным геополитическим соперником. — А в краткосрочной? — Сейчас они не хотят ввязываться в пустые драки, но откровенно нацелены на постепенный перехват управления британскими заморскими владениями. Они навязывают Лондону сделки о свободной торговле и официально высказываются и, более того, настаивают, на всеобщем отказе от самого термина – колония. В этом смысле они – наш ситуативный союзник. — И с кем же, а самое главное, против кого нам следует дружить? — Если позволите мне высказать свое мнение, то нам следует брать пример с англичан. Нет ни постоянных союзников, ни соперников, а есть лишь постоянные интересы. — А конкретнее? — Сейчас нам нужно пройти между Сциллой Германии и Харибдой Франции, чтобы всем вместе покончить с гегемонией Англии. Но главное, чтобы плодами этой победы не воспользовалась третья сторона. — Американцы? — Именно. — Что же, твоя позиция понятна… — Есть еще один момент, ваше величество. — О чем ты? — Мы, к величайшему сожалению, не отделены от Европы ни Атлантическим океаном, ни хотя бы Ла-Маншем. Поэтому, если в Старом Свете полыхнет, мало никому не покажется. У нас нет права на ошибку… — Что скажешь? – спросил у старого приятеля Александр, когда они остались одни. — Все, как мы хотели, – пожал плечами Лопухин. – Этот юноша имеет самостоятельный взгляд на многие вещи и не признает авторитеты. И при всем при этом он очень силен. — Не чрезмерно ли? — Нет. Одаренных много, так что всегда могут найтись и посильнее. Главная его сила в ОЗК, а они сильны, пока за ними мощь государства. Убери в этой конструкции любую опору, как это едва не случилось совсем недавно, и она рухнет. — Полагаешь, мы сможем его контролировать? — А почему нет? — Даже не знаю. Наверное, из-за его свадебного вояжа. Уж больно лихо он разворошил эти осиные гнезда по всему миру. — Сейчас главное, чтобы в Европе все считали его вашим цепным псом и боялись, что вы его натравите на них. Насколько это соответствует действительности, не так уж важно… — Надеюсь, ты прав… — К тому же, – быстро добавил министр, – Колычев и сам прекрасно понимает риски, хоть и несколько их преувеличивает. — Ты так думаешь? — Ваше величество, мы, то есть Россия, давно уже не так слабы, как это было в конце прошлого века. У нас есть мощная армия и, самое главное, воздушный флот, способные выполнить любые поставленные перед ними задачи! Наша экономика сильна как никогда. Мы лидеры, как в технологическом, так и финансовом плане. Времена, когда иностранные банкиры могли манипулировать нами с помощью займов, давно закончились. — То-то с нами все дружить захотели, – криво усмехнулся царь, но увлекшийся своей речью Лопухин, казалось, его не слышал. — Господь возложил на нас это бремя, и мы не можем отказаться от него. Кому как не нам суждено создать устойчивую систему мира и процветания… Александр хорошо знал своего министра и потому не перебивал. Сам он не любил высокопарных слов и никогда не выступал с витиеватыми речами. Во всеобщее благо государь тоже не верил, всегда предпочитая синицу в руках журавлю в небе. Но, с другой стороны, и помнивший Александра Освободителя старик Лопухин, и мальчишка Колычев правы. Мир стремительно меняется, и России никак не удастся остаться в стороне. А потому, если нельзя предотвратить, так надобно возглавить… |