Книга Большая игра, страница 136 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Так точно, ваше величество.

— Отбой, – и в трубке раздались короткие гудки.

— Никогда не слышала, чтобы царь лично кому-то звонил. Видимо, дело действительно очень важное.

— Да, судя по всему, мы переходим на новый этап Большой игры. Есть от чего немного разволноваться…

Несмотря на то, что яхта «Штандарт» с технической точки зрения была близнецом или, как говорят англичане, систершипом «Александры», внутреннее убранство ее разительно отличалось. И главным отличием царской любимицы была невообразимая, практически декадентская роскошь внутренних помещений. Полотна великих мастеров в тяжелых рамах, лепнина, паркет, персидские ковры, хрусталь, бархат портьер, позолота на канделябрах и прочей фурнитуре, панели и мебель из драгоценных пород древесины…

— Нравится? – поинтересовался царь, явно довольный произведенным впечатлением.

— Очень, – дипломатично ответил Март.

— А ведь ты врешь! – ухмыльнулся Александр III, умевший, когда ему это было нужно, тонко чувствовать фальшь.

— Нет, ваше величество, – попытался возразить Колычев, – это все и вправду очень красиво, прямо как в… Эрмитаже.

— Но для корабля не годится, верно? Ладно, можешь не отвечать, я и так вижу, что ты думаешь.

— Все настолько очевидно? – обескураженно развел руками Март.

— Понимаешь, дружок, – покровительственно улыбнулся император, – я, может, и не самый сильный гросс, да и как пилот тебе в подметки не гожусь, но за столько лет общения с придворными кое-чему научился. И чтобы понять, что человек кривит душой, мне даже в «сферу» входить не нужно. Насмотрелся… Впрочем, это все лирика. Главное предназначение «Штандарта» не в том, чтобы катать мою царственную задницу по заграницам, а производить впечатление на всяких коронованных охламонов и их подручных. И уж поверь мне, с этим моя яхта справляется как нельзя лучше!

— Не сомневаюсь, ваше величество.

— А раз не сомневаешься, то перестань кривить рожу и располагайся. Каюту тебе выделят. Все, ступай, мне подумать надобно…

Следующая встреча случилась за обедом. Подавали его в большом салоне на главной палубе, там же, где на «Александре» располагалась кают-компания. Компанию императора помимо Марта составили несколько свитских офицеров, министр иностранных дел – семидесятилетний, опытнейший дипломат и яркий одаренный Владимир Борисович Лопухин, командир «Штандарта» капитан первого ранга с длиннейшей фамилией Паттон-Фантон-де-Веррайон и еще пара человек, которым Колычев не имел чести быть представлен.

Пищу подавали довольно простую и сытную, а главное, изготовленную с большим мастерством, любовью и потому очень вкусную. И немудрено. Заведовал царской кухней не кто иной, как шеф-повар знаменитого на весь Петербург ресторана Кюба. Во всей России с ним мог соперничать разве что московский «Яръ».

Суп с перловкой подавался с зеленой петрушкой и ржаными гренками, нежнейшие куриные, точнее, цыплячьи котлетки с картофельным пюре, брусничный пай, груши в хересе, малюсенькие пирожки к чаю и целая батарея отличных сухих, крепленых и шампанских вин из царского погребца. Не уступала неброским, но очень изысканным в своей простоте блюдам и сервировка.

На последней стоило остановиться особо. Несмотря на то, что «Штандарт» официально считался боевым кораблем, вся посуда оказалась из тончайшего китайского фарфора, а бокалы хрустальными. На той же «Александре» в обычных условиях обходились нержавейкой, лишь в самых торжественных случаях доставая столовое серебро.