Книга Капитан, страница 125 – Иван Оченков, Антон Перунов

Например, использование для новой ракеты стандартного или доработанного торпедного аппарата, без внесения изменений в конструкцию носителя. Тем более и сам Королев эту идею в некотором роде обозначил. Вертикальные пусковые для кораблей, унифицированные по габариту с «Ониксом» и «Цирконом» — это уже следующий этап. О нем и думать пока рано.

Поскольку воздушные цели обладают размерностью эсминца времён Второй мировой войны, то грань между ракетами противокорабельными и воздушного боя становится весьма зыбкой…

Взять за базу японскую «Оку» для крылатых ракет первого поколения. Только с поправкой на отсутствие пилота-смертника и несколько меньший диаметр, если принять концепцию использования стандартного торпедного аппарата в качестве пусковой.

Для твердотопливных двигателей сейчас задействуем баллиститные пороха, но характеристики их ограничены. Потом пойдут смесевые топлива, которые для начала будем делать на основе полиэтилена с наполнителями, а со временем разработаем что-нибудь поинтереснее.

И не забыть про волшебное правило в ракетной технике «шести секунд».

«Шесть секунд» — это и оптимальное время горения большинства стартовых двигателей. И интервал пуска ЗУР первых поколений, что было связано с ограничениями каналов наведения. Их переключение и наложение, точнее — избегание наложения. И время механического процесса успокоения качки тяжёлых РСЗО. Само по себе все это никак между собой не связано, а время протекания — одно и то же. Совпадение, да. Но характерное.

Королев явился точно по расписанию. Его автомобиль, светя фарами, подкатил к воротам, был досмотрен бдительной охраной и только затем пропущен на стоянку. Колычев лично вышел на крыльцо, чтобы встретить гостя.

— Сергей Павлович, извините за такие строгости, у нас недавно произошел инцидент. Так что пришлось усилить меры безопасности.

— Понимаю, Мартемьян Андреевич. И не имею возражений, — конструктор с интересом осматривался вокруг, ему хотелось понять, кто же этот загадочный Колычев? Он, конечно, уже успел прочесть статью Симонова в «Голосе», поговорить с несколькими людьми, которые хоть что-то слышали про молодого рейдера.

Обилие вооруженных, решительно настроенных людей не осталось незамеченным, напомнив жизнь в осажденной крепости.

— Я буквально на днях арендовал эту усадьбу. Переезд, суета. Но елку уже нарядили, как видите. И к встрече Рождества готовы. У вас ведь скоро день рождения?

— Да, почти через неделю.

— Заранее не поздравляют. Но, надеюсь, мы сможем с вами вместе устроить себе хороший подарок.

— Ваш корабль — загадочная «Ночная Птица» — стоит в ангаре?

— Желаете посмотреть? Нет ничего проще, могу устроить небольшую экскурсию, благо внутри работает освещение.

— Нет, пожалуй, в другой раз.

— В таком случае пройдемте ко мне наверх. Вы ведь голодны? Мой чудо-повар обещал приготовить нечто особенное.

Поднявшись на второй этаж, они зашли в кабинет Марта, где уже стоял накрытый небольшой круглый стол с двумя мягкими стульями с высокими спинками.

— Присаживайтесь, Сергей Павлович. Итак, приступим. Угощайтесь, — и Колычев сам, подавая гостю пример, набрал себе в тарелку разных очень вкусно выглядящих закусок.

— Чай, кофе, сельтерской воды или клюквенного морса?

— Спасибо, пожалуй, морса.