Книга Стрелок: Митральезы для Белого генерала. Несостоявшийся граф, страница 48 – Иван Оченков

— Хорош базлать, помоги лучше, – пробурчал он, переворачивая один из трупов.

Казак тут же пришел ему на помощь, и через минуту они извлекли чудом выжившего текинца из-под кучи павших товарищей. Судя по наружности, ему было никак не более шестнадцати лет или около того. Во всяком случае, пухлые щеки молодого человека еще не знали бритвы. А еще, несмотря на плачевное из-за ранения состояние, молодой человек, точнее мальчик, даже сейчас на пороге смерти был очень хорош собой. Правильные черты лица, чистая кожа и чувственные, хоть и потрескавшиеся от жажды губы. Ко всему этому, под лохматой туркменской папахой обнаружились вьющиеся светло-русые волосы, делавшие его совсем уж не похожим на прочих обитателей оазиса.

— Ишь каков, – удивленно хмыкнул казак. – Девки таких любят.

— Может, он и не текинец вовсе?

— Кто его знает. Должно, мамку еще в девках в какой-нибудь станице захватили да в гарем продали.

— Ты думаешь?

— А чего, дело-то житейское!

— Вполне возможно, – согласился Будищев, более внимательно осмотрев свою находку. Испачканный кровью чекмень явно был сшит из дорогой ткани, драгоценный наборный пояс, похожий на тот, что он продал маркитанту-армянину, тоже указывал на человека высокого происхождения или, по крайней мере, небедного. – И что теперь с ним делать?

— На то ваша воля, – пожал плечами казак, алчно поглядывая на пояс раненого. – Хотите – прибейте. Хотите – так бросьте. Выживет или нет – одному Господу известно!

— Черта с два он выживет под таким солнцем…

— Э, нет, господин кондуктор. По магометанскому закону положено, стало быть, чтобы покойников до захода солнца прибрали. Генерал это знает, а потому торопится. Как мы уйдем, они еще немножко постреляют да поджигитуют, а потом сразу воротятся да будут павших погребать. Такая уж у них вера. Так что скоро они тут всех переворошат и тех, кто только ранен, сыщут.

Выслушав урядника, Дмитрий на минуту задумался. В божий промысел он не верил, а бросать мальчишку на произвол судьбы не хватало совести. С другой стороны, ему было очевидно, что этот юнец – враг, и случись им встретиться в открытом бою, тот бы его не пощадил.

— И что ты сам до сих пор не подох? – с досадой воскликнул он.

— Так может… – с готовностью предложил кубанец, выразительно положив руку на кинжал.

— Нет! – решительно остановил его Будищев. – Лучше помоги до госпитального обоза доставить.

— Так это, – скроил умильную улыбку казак.

— Пояс можешь забрать, – правильно понял его Дмитрий.

— Слушаю, ваше благородие, это мы мигом! Сейчас людей кликну, и в лучшем виде все устроим.

— Я не «благородие», – хмуро перебил его кондуктор.

— Так будете, какие ваши годы!

Как ни странно, пострадавших во время рекогносцировки среди русских было немного, а потому место на фургоне для раненого текинца нашлось. Правда, не обошлось без ругани с заведующим этими повозками фельдшером, но Будищев, с самым серьезным выражением лица, пообещал откусить «недоделанному эскулапу» ухо, если тот не прекратит кочевряжиться. Если бы странный моряк пригрозил дисциплинарным взысканием или даже перешел к рукоприкладству, фельдшер не уступил бы ему без приказа начальства, но вот лишиться слуха, защищая койко-место в передвижном госпитале, крепкий парень с явно семитскими чертами лица оказался не готов.