Книга Стрелок: Митральезы для Белого генерала. Несостоявшийся граф, страница 174 – Иван Оченков

— Тебе что, полтину дать? – не выдержал Будищев.

— Ой, нет, что вы! Хотя если вашему благородию будет так угодно, так я и слова не скажу против… Хорошо-хорошо, я рассказываю дальше. И вот когда я тащил самый тяжелый баул, а он таки был ничуть не легче, чем та митральеза, из которой вы так славно стреляете по текинцам, из него выпала картографическая карточка. На ней были изображены вы и одна прелестная барышня.

— И ты ее украл? – вник наконец в суть Дмитрий.

— Да как вы могли такое подумать?! – оскорбился сын еврейского народа. – То есть я ее, конечно, взял, но не насовсем, а чтобы рассмотреть получше. Потому что ваш Шматов не стал мне ничего рассказывать, а отобрал и даже пообещал набить морду, если я буду лезть не в свое дело.

— Если пообещал, то набьет.

— Вы так думаете? Впрочем, разве по этому лицу мало били? Но это мелочи, главное в том, что я успел разглядеть эту барышню. И с тех пор, вы не поверите, я не могу ни спать, ни есть, а только думаю, кто же она такая, ибо эта славная девушка так похожа… вы только не ругайтесь…

— На твою сестру Гесю? – прервал поток страданий прапорщик.

— Да! А вы ее разве знаете?

— Где она?

— Кто?

— Не кто, а что. Фотография!

— Конечно-конечно, – заторопился фельдшер и достал из-за пазухи карточку из толстого картона с виньетками по углам, на которой была сделано их совместное с Гесей фото.

Это был памятный день. Он был в только что пошитой кондукторской форме, она в модном платье и роскошной шляпе, а вокруг шеи обвилось пушистое боа. Они пошли гулять, и Дмитрий предложил ей сделать снимок на память. По лицу фотографа было заметно удивление, что столь изысканно одетая барышня гуляет с почти что нижним чином, но он прекрасно сделал свою работу.

— Я понимаю, что моей бедной сестре нечего делать в Петербурге, да еще в таком наряде, но я ничего не смог с собой поделать, – почти что всхлипнул Барнес. – Это ведь она, правда? Я ведь не мог ошибиться…

— Ее теперь зовут Гедвига Берг и она одна из самых модных модисток в Питере, – ответил ему Будищев.

— Не может быть…

— Может, Марк, может.

Постоянные инженерные работы, проделываемые при полном напряжении сил, наконец принесли свои плоды. Вражеская крепость была стянута в железное кольцо русских укреплений, которое продолжало сжиматься. Брешь-батарея, состоявшая из более чем двух десятков разнообразных орудий, постоянно вела огонь по стенам крепости, разрушая их то в одном, то в другом месте. Текинцы без устали заделывали эти провалы мешками или корзинами с землей, а иной раз и просто всяким хламом, но было понятно, что эти меры лишь продляют агонию Геок-Тепе.

В то же самое время саперы – эти кроты войны, как называли их иной раз за глаза, без устали рыли траншею и к пятому января достигли-таки рва. Дело оставалось за малым, заложить в него заряд взрывчатки и произвести подрыв. Правда, защитники текинской цитадели прекрасно понимали смысл происходящего и уже несколько раз пытались напасть на рабочих и разрушить ход, но русским всякий раз удавалось отстоять плоды своих трудов, после чего они продолжались с удвоенным рвением.

Как водится в русской армии, для выполнения самого ответственного задания были вызваны добровольцы, в числе которых оказались прапорщик Будищев, гардемарин Майер и унтер-офицер Абадзиев.