Книга Шаг в неизвестность, страница 68 – Дмитрий Белов

Шесть ходячих мертвецов (как символично!) безмолвно пересекали поляну, не обращая на меня никакого внимания. Обрывки одежды, покрытые слоем грязи и запекшейся кровью, не позволяли определить, кем были эти бедолаги до своей бесславной смерти и такой же бесславной жизни после. У некоторых было оружие, болтающееся на ремнях и, судя по состоянию, годящееся для использования только в качестве дубинок. Встречал я когда-то зомбарей, но таких потрепанных видел впервые. А то, что они не проявляли агрессии в мою сторону, – вообще нонсенс.

Все так же, не издавая ни звука, кроме шороха листвы под ногами, зомби медленно прошли мимо меня и скрылись за кустами. Я даже встал, провожая их взглядом и еще какое-то время наблюдая за их скрюченными спинами, мелькающими между деревьями.

Быстро закинув в себя остатки «яств» и запив это все водой из фляги, я двинулся перпендикулярно направлению движения ходячих мертвецов. Интересно, конечно, было бы проследить за ними, ведь куда-то они целенаправленно идут. Но была небольшая вероятность, что делают они это не по своей воле, а ведет их какой-нибудь деструктор, который почему-то еще не залез в мою голову. Возможно, был не слишком силен, чтобы держать шестерых и копошить серое вещество седьмого.

Когда я наконец выбрался из леса, день подходил к концу, надвигались сумерки. Нужно было вставать на ночлег, а делать это желательно не в открытом поле. До Смоли до темноты я дойти не успевал, а из ближайших вариантов (если опираться на мое знание географии здешних мест) оставалась расположившаяся по ходу движения небольшая деревня – Безымянка, как ее прозвали в народе.

Впереди уже виднелись крайние дома, в одном из которых, если не возникнет непредвиденных обстоятельств, я и решил переждать ночь.

До Безымянки оставалось около километра по прямой, однако расстояние это в условиях Зоны выросло едва ли не до пяти. Сначала пришлось искать удобное место, чтобы перейти ручей, мочить ноги в котором я категорически не хотел, потом блуждать среди аномалий, несколько раз возвращаясь на сотни метров назад в поисках подходящего маршрута. Поэтому к моменту, когда я все-таки добрался до ближайшего дома, мои ноги гудели от усталости, и все, чего я хотел, – просто лечь.

Первая изба показалась мне странной – нутро было против того, чтобы я в нее совался. У второй отсутствовала крыша. И только третья в ходе осмотра была выбрана в качестве временного убежища. Вроде обычные дома, как и в других брошенных деревнях, но почему-то тут, в Безымянке, от них веяло тревогой, заставлявшей напрягаться. Стремное место, однако за неимением других вариантов придется перекантоваться здесь.

Забравшись на чердак, я предусмотрительно затащил за собой приставную лестницу и закрыл слуховое окно остатками фрамуги. Крыша сохранилось на удивление хорошо, лишь в нескольких местах вечерний свет просачивался внутрь сквозь трещины в черепице.

Ужин был такой же простенький, как и обед. Быстро подкрепившись, я залез в дальний угол и, примостив голову на рюкзак, предпринял очередную попытку систематизировать информацию в своей голове.

Ничего нового я не придумал, а то, что я уже и так знал, собираться в общую картину не хотело. Никакие неизвестные переменные за день не отвалились, поэтому и решений с выводами никаких в голове не сформировалось. Даст бог, удастся поспать, а утром, глядишь, что дельное в мозгу появится.