Книга Найду тебя. Часть 1, страница 118 – Маша Малиновская

— Только не говори, что тебе жалко бедных куропаток, — Вяземский достаёт из шкафа чёрную футболку и натягивает её.

— Я рубила курам головы с восьми лет, — пожимаю плечами, прижимая к груди одеяло.

— Я буду ждать тебя внизу, — Кирилл берёт куртку и идёт к двери.

— На душ двенадцать минут? — не удерживаюсь от шпильки, пряча улыбку.

— Чего? — он оборачивается, непонимающе сведя брови.

— Ничего, — качаю головой, опустив глаза и прикусив губу, чтобы не хихикнуть.

Вяземский прищуривается — это я замечаю, когда так не вовремя снова вскидываю на него глаза. Но тут же делаю невинный вид, и он, поджав губы, выходит из комнаты.

Через двадцать минут мы уже шагаем по тропинке, минув калитку на заднем дворе его дома, к лесу. Сегодня в воздухе как-то по особенному пахнет хвоей. Погода стоит тихая и не холодная, хотя шапку я и натягиваю, заправив выбившиеся из косы волосы за уши.

— И часто ты ходишь в лес? — завожу разговор первая, потому что мне, в отличие от Вяземского, как-то некомфортно шагать в тишине.

— В смысле ты спрашиваешь, часто ли я трахаюсь?

Удивлённо хлопаю глазами, не сразу осознав, что он просто поддевает меня. Сам ведь перед этим сказал, что любит ходить в лес после секса.

— Что? Нет! — морщусь, ощущая, как щёки теплеют. — Я спрашиваю именно про лес.

— Часто.

— Любишь тишину?

— Лес учит быть внимательным к деталям. Однажды я заблудился в нём в свои девять. Пошёл сам утром и бродил до темноты.

— Тебя нашли?

— Да. Но я уже и сам вышел. Сначала было весело, потом начал паниковать, когда понял, что потерялся, а потом пришлось вспомнить всё, что знаю.

— И не страшно было возвращаться потом? Ты ведь испытал страх в лесу. Люди обычно не очень стремятся вернуться в те места, где испытали сильный стресс.

— А ещё научился гасить приступы паники и воспроизводить в памяти то, что казалось неважным. Сосредотачиваться.

Он… правда очень своеобразный. И, признаться, многие его понятия о жизни вызывают во мне уважение. Я тоже никогда старалась не бежать от проблем, предпочитая встречаться с ними лоб в лоб. Его философия близка мне.

Со страхом и тревогой я осознаю, что Вяземскому, кажется, отдалось не только моё тело, но и душа уже на подходе. Уже зависла над пропастью, занеся одну ногу и готовая прыгнуть в эту опасную бездну под названием Кирилл Вяземский.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он неожиданно, когда мы уже подходим к опушке.

— В смысле? — смотрю на него непонимающе.

— Болит?

А.

О-о.

Вот так забота.

— Вроде нет, — пожимаю плечами, но посмотреть на него в этот момент не решаюсь, предпочитая пялиться себе под ноги.

— Хорошо.

— Хорошо? — всё же вскидываю на него глаза, потому что тоном он говорит это странным.

— А ты думала, я с тобой в лесу собираюсь только на птиц охотиться и бутерброды есть? — ухмыляется и обдаёт таким взглядом, что моя кожа моментально нагревается.

Следующие полтора часа мы углубляемся в лес. Кирилл рассказывает о том, сколько раз тут бывал в детстве, какие места знает, как быстро выйти на автомобильную дорогу, если пройти по тропе за озером. Показывает небольшой водопад, о котором не знает никто из его семьи, и где он раньше прятался, когда нужно было привести голову в порядок, где любил читать в тишине.

Говорит открыто, иногда улыбаясь. Он кажется таким… настоящим. Собой.