Книга Земля костяных богов. Взывающие корни, страница 25 – Александра Косталь

Ваня почти не слышал, как трещит дерево под ними, а когда они вновь оказались на твёрдой земле, будто очнулся ото сна. Ему срочно нужно переговорить с Арсом! И желательно без любопытного полицейского, который наверняка окажется не прочь погреть уши. Дальше «двойка» двигалась так же спокойно, как первую половину пути.

Медленно сосновых гигантов стали сменять постройки: сначала сараи и коровники, а следом и жилые дома. Если в них ещё кто-то решился бы жить. Деревянные, с когда-то красивыми наличниками, они наверняка застали ещё революцию или были построены ненамного позднее. Какие-то по окна ушли в землю, другие потемнели и покрылись грибком на углах, третьи и вовсе заросли сорняками по крышу от отсутствия ухода и гостей. Свет не горел, в окнах за стёклами были видны только плотные занавески, отчего не покидало ощущение, что деревня мертва.

Здесь никого не было несколько десятков лет, и только маньяк, прикидывающийся полицейским, посещает это место для пополнения своего послужного списка…

Будто почувствовав Ванины мысли, Кузьма Саймарович бросил на него взгляд через зеркало. Не было ничего доброго в этом взгляде, только предупреждение, причём не заботливое, а другое. Будто гость ступил на его территорию, и что-то нехорошее с ним случится, если тот продолжит. Ваня нервно сглотнул.

Полицейский так на него засмотрелся, что, когда вернулся к дороге, резко нажал на педаль тормоза и выругался. Мимо них прогуливалась кошка, чудом не угодившая под колёса.

— Вот же животина хвостатая… – прошипел водитель, но та даже ухом не повела. – Брысь, я сказал!

Кузьма Саймарович со всей силы ударил кулаком по клаксону. От резкого звука ребята вздрогнули, а кошка и вовсе подпрыгнула и унеслась под ближайший куст.

— Зачем, людей же разбудите, – попытался вразумить его Арс, но мужик лишь отмахнулся.

— У этих стариков и так каждый день как прошлый. Хоть какое-то разнообразие.

Полицейский и в самом деле был олицетворением слова «мужик»: деревенский до мозга костей, несмотря на должность; в старой одежде, годной только для вскапывания огорода; заросший и не испытывающий по поводу внешнего вида никаких комплексов. Он и говорил странно, с каким-то незнакомым даже Ване говором. То ли окал, то ли ударения неправильно ставил, то ли всё вместе – понять было сложно.

Они проехали ещё несколько улиц, прежде чем затормозили перед домом, ничем не отличающимся от других. Ворота оказались распахнуты, и Кузьма Саймарович, чуть сбавив скорость, въехал во двор, резко остановился и заглушил двигатель. Ключ зажигания был отправлен в карман телогрейки, и только после этого прозвучало командирское:

— Выгружаемся, мальцы!

Сам полицейский выскочил первым, следом за ним дверь открыл Арс. Ваня сидел за ним и ощутил волну холода на лице. Попытавшись выбраться из машины, он закряхтел, чувствуя, как затекло всё тело.

Он последним вынырнул в холодную тьму октябрьской ночи. Мысли мгновенно стали проясняться, и даже захотелось укутаться сильнее, но Ваня не мог себе позволить быть первым замёрзшим, поэтому оставил руки в карманах незастёгнутой куртки.

— Это ваш деревенский участок? – спросил он, не выдержав молчания.

Кузьма Саймарович забрался на крыльцо и стоял к остальным спиной, но по звуку было понятно, что он подбирает необходимый ключ в связке. На двери висел амбарный замок, и внутри разгорелся интерес: что такого там можно прятать, кроме старых архивных бумажек?