Книга Земля костяных богов. Взывающие корни, страница 17 – Александра Косталь

Услышав её вопрос, мужчина переменился в лице, теряя всю доброжелательность. Теперь в нём осталось лишь раздражение и крайняя неприязнь, будто она только что его оскорбила:

— Это мой лес. И ночью я предпочитаю спать, а не вызволять всяких пеледыш, которые решили потемну чодыраште кошташ^[2].

Половину произнесённых им слов Оля не могла разобрать, но по тону отлично чувствовала злость. Больше не желая даже видеть её, мужчина зашагал в сторону, откуда пришёл, опираясь на длинную палку. Свет медленно удалялся, уступая место темноте, холоду и страху ночного леса, поэтому девушка недолго раздумывала, прежде чем вскочить и броситься следом.

— А вы лесник, да? – поинтересовалась Оля с облегчением, пряча нож и идола в карманы.

Пока она не знала, как поступить, незнакомец успел уйти на приличное расстояние. Пришлось бежать, чтобы нагнать его.

— Как хорошо, что вы меня нашли. Спасибо! А то я потерялась и не знаю, как провела бы здесь ночь!

— Замёрзла бы.

— Что?

Он остановился, медленно разворачиваясь к ней. Лампа вновь оказалась на уровне лица, не выражающего ничего хорошего.

— В этой точке леса температура до минуса может упасть в это время года. А у тебя куртка что скатерть. – Мужчина дёрнул край одежды, придавая веса своим словам. Оля пискнула, отступая назад. – Замёрзла бы. Только как ты дошла до этого места? По грибы пошла? Так нет их, дожди льют, а ночью мороз. Что ещё надо?

Она замотала головой. Лесник вздохнул и отправился дальше. Прежде чем ступить на землю, он ставил палку впереди, чтобы прощупать почву. Не желая терять островок сомнительной, но всё же цивилизации, Оля засеменила следом.

— Так я в деревню приехала, в гости. Мне водитель сказал, что нужно только перелесок перейти. А я как вошла в него, так и заблудилась.

— Что за ял^[3]?

— Что?

— Деревня какая тебе нужна?

Оля задумалась, растерянно моргая. Силилась вспомнить, но поняла, что водитель не назвал её ни разу, только направление указал. И как она не додумалась спросить?

— А я не знаю. У меня только координаты были, – с обидой заявила Оля, шмыгая носом. – А мне сказали, что перелесок перейти и мост, там будет деревня.

Они передвигались медленно, но девушка всё равно начала согреваться. Казалось, тепло шло не только от лампы, но и от лесника, который уверенно себя чувствовал в ночном лесу, где всё было чуждо и неизвестно Оле, выросшей в городе, среди панелек, кофеен и машин. Здесь же все жили по другим правилам. Чувствовалось, что лесник их не просто знал, но и жил ими. И стал для неё такой же лампой, разгоняющей тьму вокруг, как керосинка в его руках.

— Если мост, значит, либо Кугу вуд, либо Изи вуд. Они рядом. Только до них идти часов шесть. Хорошо ты заблудилась, пеледыш.

— Это вы ко мне так обращаетесь или ругаетесь? – поинтересовалась Оля, рассматривая его профиль с резкими тенями. – И куда мы идём?

Он тихо рассмеялся. Лёд, что схватился между ними из-за её глупого вопроса, медленно таял.

— Мы идём в один из моих авалык кундем^[4]. Как это по-вашему… Дом, так скажем. Ты замёрзла и устала, не справишься до деревни дойти. К тому же ночь. Дождёмся утра в тепле, и я тебя отведу.

Сердце уколола тревога. Так ли добры намерения этого лесника? Если хорошо знает лес, значит, на службе давно. А чем дольше ты с природой, тем ближе к ней становишься. Её законы далеки от альтруизма.