Книга Шрам на кости, страница 25 – Софи Джордан

Эти двое подростков постоянно и неизменно во время каждой трапезы говорили через меня, будто я не существовала. Впрочем, их безразличие – не худшее, что мне приходилось терпеть. Время от времени эти двое с ухмылками принимались задавать вопросы, чтобы подловить меня и повеселить остальных. Вопросы-ловушки, готовые захлопнуться и пригвоздить меня к месту… потому что ни на один из них я не могла ответить правильно.

Я не знала многого, считавшегося для них основой, и остальные драконы часто переглядывались, пряча смех. Я же, несмотря на неловкость и насмешки, продолжала задавать вопросы сама, стремясь заполнить пробелы.

«Что такое зеленика?» «Чем отличаются драконы-провидцы? А ониксовые? Тайновидцы? Гипнотические?» «Сколько существует шахт?..»

Я ничего не знала, и подростки стремились ткнуть меня в это носом, заставить мучиться от невежества, почувствовать свою неполноценность, будто ноющий от боли синяк.

Спасибо Керстин, которая, несмотря на бессмысленную болтовню, часто отвлекала меня и, надо признать, давала много ценной информации. Гораздо больше, чем угрюмый Бодин, который вел себя так, словно у него под боком находилось что-то грязное или заразное.

Рядом с Керстин мне и говорить особо-то не приходилось, и я могла спокойно слушать, есть, пить и наблюдать за остальными, отслеживая, кто как ведет себя, двигается, говорит. Вот так бывает, когда оказываешься вдруг в мире, населенном реальными монстрами, и обнаруживаешь, что и сама являешься одним из них.

— Нет, ты только взгляни, как они перед ним заискивают, – простонала Керстин, словно ощущая физическую боль.

Я поковырялась в еде, лежащей на тарелке, сунула кусочек в рот и принялась жевать без особого аппетита. Остальные уплетали за обе щеки, накладывая себе на тарелки горы еды, но у меня после разговора с Вэтром к горлу подступала тошнота.

Не требовалось даже поднимать голову, чтобы понять смысл слов Керстин: эта трапеза ничем не отличалась от прочих. Эстрид и Гудру, как и каждый день, соперничали за внимание Вэтра, причем действовали в лоб, пихая друг друга локтями и шипя, как парочка рассерженных змей.

Мне это казалось странным. В стае имелось достаточно свободных мужчин – и перевес явно был в их пользу, – но они зациклились на Вэтре, будто видели в нем единственного достойного кандидата. Справа от Вэтра сидел скеппар Андерс со своим лучшим другом Харальдом, и Эстрид с Гудру невольно приходилось заглядывать за них, чтобы вовлечь Вэтра в разговор. И все равно они, соревнуясь друг с другом, неуклонно забрасывали его вопросами.

Я наблюдала за ними, прокручивая в голове слова Вэтра. Эстрид и Гудру он упомянул в числе пяти свободных женщин. К ним же относилась и Керстин, которая в свои шестнадцать считалась слишком молодой для образования пары. Еще была Эрлинга, но она явно отдавала предпочтение Арвиду. Несомненно, эти двое вскоре оформят отношения на официальной церемонии создания пары.

— Жалкое зрелище, правда? – заметила Керстин. – Думаю, они поубивали бы друг друга за возможность спать под его мехами. Вот тебе и женская солидарность. – Она придвинулась ближе, коснувшись моего плеча, и прошептала: – Нэйден видел, как Гудру прошлой ночью проскользнула в комнату Вэтра и вылетела оттуда меньше чем через две минуты, вся красная от злости. – Керстин кивнула, весело усмехнувшись. – Не хочет он того, что она может предложить.