Книга Сегодня я слишком занята, страница 95 – Кан Ривон

По правде говоря, Оливия вовсе не была потрясена. Она намеренно разыгрывала удивление для публики – и идеально подыграла.

Подняв взгляд, с искрящимся любопытством она посмотрела на Херейса.

— Неужели только герцогиня осталась без подарка?

И Херейс тотчас, словно только этого вопроса и ждал, протянул мне коробку с кружевной накидкой – точно так, как мы договорились.

— Разве такое возможно? Прошу прощения, леди, но моей жене полагается особый подарок.

Я изобразила полное недоумение и, словно растерявшись, спросила:

— Что же это?..

Вместо ответа Херейс приблизился ко мне. По залу, где юные леди и без того следили за каждым нашим движением, затаив дыхание, снова раздался шепот предвкушения.

Все шло по сценарию. Херейс должен был появиться в разгар чаепития, раздать подарки гостьям, а в конце вручить мне «особый» – и при всех накинуть кейп, создав нужный эффект. Я проговорила это заранее, но герцог решил зайти гораздо дальше. То, что произошло в следующую секунду, в корне отличалось от нашей репетиции в его кабинете. Вместо того чтобы позволить мне привычно поднять волосы самой, Херейс протянул руку и коснулся моего затылка. Его ладонь бережно приподняла мои локоны, открывая шею и линию плеч.

— …

В комнате повисла тишина. По залу пронеслось немое изумление; кто-то из леди судорожно сглотнул.

Движения Херейса оставались пугающе естественными и плавными. Он мягко перехватил мою ладонь и поднял ее, заставляя меня саму придерживать волосы так, как удобно ему. Как только его руки освободились, он накинул кружево мне на плечи и уверенно расправил ткань, будто прежде делал это тысячу раз. Со стороны этот жест выглядел почти интимным, словно Херейс заключал меня в объятия. Он оказался так близко, что наше дыхание смешалось. Слегка приподняв голову, он тихо произнес:

— Вам и правда очень идет.

Казалось, еще немного – и мы соприкоснемся носами. Херейс не отводил взгляда, он смотрел мне прямо в глаза. И чем дольше длилась эта пауза, тем отчетливее я слышала сдавленные вздохи восхищения. А затем по его губам скользнула довольная ухмылка. В этот миг я окончательно пришла в себя. Стало ясно: он намеренно вызывающе выполняет каждое мое указание, превращая обычную галантность в провокационное зрелище.

Разумеется, мне было прекрасно известно, как ложится на плечи эта накидка. Однако для публики я изобразила искреннее удивление. Словно впервые увидев кейп, я с трепетом подняла взгляд на Херейса.

— Спасибо, мне очень нравится подарок.

— Я искренне рад это слышать.

— Скорее всего, мне так приятно потому, что вы сделали это сами. – Я нарочно чуть вытянулась, чтобы кружево было видно как можно лучше. – Ну как, мне идет?

Херейс смотрел спокойно – ровно до тех пор, пока на его лице не мелькнула та самая развязная улыбка, с которой обычно начинались его озорные выходки.

— Я хотел подарить вам нечто такое, что сделает вас самой сияющей дамой на этом приеме. И правда… теперь я вижу здесь только вас.

От его вкрадчивого голоса по коже пробежал холодок. Реакция юных леди на этот раз была уже нескрываемой: в их шепоте смешались зависть, ревность и кокетливое поддразнивание.

Мы с Херейсом устроили настоящий парад пустых любезностей. Удивительно, как он умудрялся извергать всю эту сладость, ни на миг не меняясь в лице. На моем же лице, на которое смотрели все вокруг, по-прежнему сохранялась счастливая улыбка. Хотя от этой приторности у меня начинало сводить скулы.