Книга Сегодня я слишком занята, страница 179 – Кан Ривон

— Для начала нужно схватить ту девчонку из внешнего дворца, о которой говорила служанка, – подал голос Луис.

— А что вы собираетесь делать, когда поймаете ее?

Луис ответил с таким видом, будто я спрашиваю очевидное:

— Выйду на истинного виновника, что стоит за ее спиной, и вытрясу из него всю душу.

Выражение он выбрал грубое, но Луис был прав. Когда мы схватим зачинщика, ему придется сполна ответить за распространение ложных слухов. Однако одна проблема все еще оставалась.

— Пока мы будем искать, слух продолжит расползаться. А он и без того изрядно исказился, так ведь? – заметил наследный принц.

Он озвучил мое опасение. Слух уже давно претерпел сильные изменения. Если оставить все как есть, даже после поимки преступника этот пожар будет очень трудно погасить.

— Как же нам поступить?..

Готовое решение на ум не приходило. Пока я была погружена в раздумья, Луис, не колеблясь, продолжил:

— Отныне любого, кто посмеет хоть словом обмолвиться о слухах, будут бросать в темницу. Пусть от страха даже рты боятся раскрыть.

— От этого слухи не исчезнут.

— Тогда выберем нескольких из задержанных и на их примере покажем, чем грозит их болтовня. Эти служанки сгодятся.

Прежде я этого не замечала, но Луис и правда был по-настоящему зол. Его гнев на тех, кто организовал все это, был запредельным. И причина мне была понятна. Беспочвенные слухи похожи на эпидемию чумы: если упустить момент, они загонят человека в могилу быстрее, чем ты успеешь хоть что-то исправить. Луис понимал это лучше любого другого.

— Может, они и не исчезнут, но хотя бы перестанут безудержно распространяться.

Поэтому Луис собирался пресечь все это любой ценой – пусть даже самым жестоким способом. Но то была политика тирана, основанная на запугивании. Репутация старшего брата только-только начала понемногу восстанавливаться, и, если он сейчас начнет учинять произвол, это даст сокрушительный обратный эффект.

— Нельзя.

— Что?..

— Ни в коем случае нельзя.

Когда я выразила свой категорический протест, у Луиса дернулась бровь. Это был верный знак того, что он крайне недоволен.

Но «нельзя» значит «нельзя». Подобная жестокость возымеет обратный эффект и не только ухудшит мое положение, но и испортит имидж самого Луиса.

— Должен быть другой выход. Более надежный и эффективный.

— Согласен, – поддержал меня наследный принц Люксена. – Нужно действовать параллельно: искать истинного виновника и одновременно успокаивать общественное мнение.

— Мы не можем просто сидеть сложа руки в ожидании поимки зачинщика. Поиск той девчонки и борьба с уже распространившимися слухами – две отдельные задачи.

Я уже собиралась снова попытаться убедить Луиса, когда тот вдруг спросил:

— И как именно вы собираетесь их заткнуть?

Ни я, ни принц не нашли, что ответить. Признаться честно, ни один дельный способ в голову не приходил. Мы снова уперлись в тупик.

— Выходит, остается только один вариант.

Взгляд Луиса, в котором еще мгновение назад читалось колебание, резко переменился и хищно загорелся. Он позвал обер-камергера:

— Обер-камергер.

— Слушаю, ваше величество.

Мне стало не по себе. Предчувствие было дурным.

— Приведи служанок из темницы. Я сделаю из них наглядный пример.

— Ваше величество!!!

— Раз у вас нет идей, значит, будет по-моему. Не переживай, неужели ты думаешь, что я сделаю хоть что-то, что пойдет тебе во вред?