Книга Наследник иллюзий, страница 125 – Мэделин Тейлор

— Отпусти ее! – кричит Бел, вскакивая с места. – Не трогай мою сестру!

Свободной рукой стражник тянется к оружию.

— Дорал, – произносит незнакомый мужчина за столом, внимательно наблюдая за мной темно-синими глазами.

Стражник, Дорал, опускает меня на пол, и миг спустя я оказываюсь в объятиях Беллами.

— Айви! – шепчет он, прижимая меня к груди.

Лишь ощутив тепло его тела, я осознаю, насколько сильно замерзла. Брат проводит ладонями по моим рукам, и я не могу сдержать дрожь.

— Как? – удивленно уточняет он. – Как ты…

Его отвлекает донесшийся из коридора звук потасовки. Мгновение спустя в столовую врывается Клара с растрепанными светлыми волосами. Впервые на моей памяти молодая гувернантка не обращает ни малейшего внимания на отца и его гостей, нарушая тем самым все нормы приличия. Вместо этого она поворачивается ко мне, по ее хорошенькому лицу текут слезы. Я бросаюсь к ней, и она заключает меня в теплые объятия.

— Моя девочка, – шепчет она, проводя по моим рукам в поисках повреждений. – Моя милая девочка.

Сейчас мне хочется лишь одного: оказаться наверху, в безопасности собственной кровати. Я даже без жалоб выслушаю ее жуткую сказку на ночь. Клара постоянно рассказывает мне одну и ту же историю о том, что звезды, сияющие ярче всего, на самом деле давным-давно умерли, а их свет – это последние частички их душ, что отчаянно цепляются за жизнь и мчатся по галактике в попытке избежать смерти. А когда этот свет гаснет, память о них навсегда стирается с ночного неба, словно их не существовало вовсе. Но если мы вспоминаем о них в своих снах или храним этот свет в сердцах, то кажется, будто они никогда нас не покидали. «Это и есть истинное бессмертие», – всегда добавляет она, заканчивая необычную историю.

Бел опускается на колени рядом с нами. Они с Кларой, как частенько бывает, обмениваются многозначительными взглядами, считая, что я не замечаю.

По деревянному полу скрипят ножки стула, когда кто-то встает из-за стола. Тот самый мужчина, которому подчинился Дорал.

— Что это у нас тут? – спрашивает он, подходя ближе. Светло-русые волосы спадают ему до плеч, обрамляя красивое лицо.

— Ваше величество, – вмешивается отец, заговаривая впервые с тех пор, как я ворвалась в обеденный зал. – Это всего лишь деревенская девчонка. Самозванка.

Я крепче прижимаюсь к Кларе, а в голове эхом звучат слова, которые он сказал мне на озере: «Выродок! Следовало сделать это еще в ту ночь, когда твоя потаскуха-мать произвела тебя на свет. Сдохни, мерзкая тварь!»

Мои губы дрожат. Не помню, что случилось после того, как погрузилась на дно. Прямо перед тем, как закрыть глаза, я вроде бы видела плывущего ко мне брата, но очнулась уже в одиночестве, в каком-то незнакомом странном месте. Грязь была повсюду, она забивалась в рот и душила меня.

Жуткий звук вырывается из меня, и слезы струятся по щекам. Беллами подается вперед и обнимает нас с Кларой, как будто так может защитить от всего, что ждет впереди.

— Тихо, – приказывает мужчина моему отцу, а затем опускается на колени передо мной, чтобы наши глаза оказались вровень. Не обращая внимания на Клару и Бела, он обращается непосредственно ко мне: – Ты знаешь, кто я?

Я качаю головой.

— Меня зовут Бэйлор, – представляется он, с улыбкой глядя на мои округлившиеся глаза. – Вижу, ты обо мне слышала. Мы с женой возвращались с севера, и твой отец любезно позволил нам остановиться здесь по пути домой.