Книга Мои. Робкий дар убогого мира, страница 19 – Лина Таб

— Я заряжаю артефакты, Рейна, — произносит муж, потупив взгляд в собственную тарелку.

Вскидываюсь, ощущая, как взволнованно начал стучать пульс в висках.

— Артефакты? Заряжаешь? И ты молчал⁇ — переспрашиваю, не веря своему счастью.

— Простите, Рейна. Я не знал, можно ли трогать артефакты, — произносит, чуть сжавшись, — но я могу заряжать те, что в доме и у меня уже есть небольшое количество постоянных клиентов, — произносит будто оправдывается, но меня это уже не волнует, на моем лице расцветает счастливейшая из улыбок.

— Это я удачно вышла замуж, — произношу медленно, рассматривая мужа.

— Вам виднее, Рейна, — вижу, как краснеют щечки на фарфоровой коже моей хозяйственной принцессы.

— Точно, — прикусываю губу и складываю руки на груди, откинувшись на спинку стула, я продолжала улыбаться, — у нас в доме почти умерли артефакты, если силы есть, начни их заряжать.

— Конечно, — кивает, — прямо сейчас? — кидает на меня мимолетный взгляд и явно готовится встать из-за стола.

— Поешь и вперед, сам найдешь? — хмыкаю, все еще рассматривая мужчину. Не грузный, но мышцы определенно присутствуют, как минимум на руках, ведь когда у него натягиваются рукава рубашки, под тканью проступает рельеф.

— Конечно. Я видел их в доме.

Впахивала все утро, чтобы успеть закончить те дела, где без меня никак, я конечно же не просто так. Благодаря мужу, у меня теперь было значительно больше времени и часть этого времени я тратила на чтение и попытки работать с магией, ведь лекарское дело было напрямую с ней связано. Никаких травок и настоек, только магия. Добытая торговцем книга определенно оказалась полезной, хотя мне было сложно оценить ее по максимуму, но базовые вопросы она закрывала и таким образом, я уже могла не добить по случайности рыбку своими попытками лечить, а заживить поврежденные жабры или плавник. Жаль конечно было ее отправлять на еду после успешных опытов, но тут как говорится, кто кого. Такова жизнь.

И вот теперь, моя налаженная жизнь взяла немного другое направление, первую половину дня я занималась тем же, чем и раньше. Копалась в огороде, собирала урожай, сортировала, отправляла на хранение, а затем, отправляла Диеля продавать выращенное. Так же я заботилась о курах, которые безустанно несли мне яйца и уже радостно понимала, что вот-вот осилю покупку той самой коровы, которая как лошадь с жирнейшим молоком. Значительно сдвинуться с места помог заработок мужа и я очень оценила эту прибавку, ведь к мужу изредка но приезжали клиенты, помощники и рабы, а порой, с разрешения, он и сам выезжал в дома. Так работали все те, кто заряжает артефакты. Я не возражала, главное, что муж приносил прибыль и наши дела определенно шли в гору. Да и дома теперь я не волновалась о зарядке, а вода для мытья была всегда горячей. Это определенно был кайф.

С мужем, скажем так, я была чем-то средним, между руководителем и другом. Не женой. В моем видении мира я точно не была ему женой в полном понимании. Единственным связующим элементом был совместный сон. За прошедшие недели с момента, как мы поженились, муж почти перестал от меня шарахаться, хорошо уже ориентировался в делах, но никогда не предпринимал попыток перейти черту. Взять за руку, заговорить первым, если дело не касалось чего-то очень уж важного. Даже ночью, он никогда не обнимал, не двигался ближе, не смотрел на меня. Я тоже привыкала к такому его поведению и наверное, меня все полностью устраивало. Это в любом случае лучше, чем наличие интимной стороны семейной жизни, но под угрозой наказания. Считаю, что ему повезло. Я не принуждаю его. Вообще не понимаю, как можно хотеть того, кто способен ударить или унизить. А местные были такими. Особенно маги. Не угадал в желанием, наказан, приготовил не так вкусно, наказан голодовкой, не удовлетворил, не так улыбнулся, мелькнуло сомнение, получил оплеуху или плетей. Хрень полная.