Книга Разорённая леди. Хозяйка пограничного двора, страница 106 – Лила Синклер

В самом низу листа вместо подписи стоял оттиск её малого личного перстня — старого знака Весс, который лежал среди вещей прежней Лиоры и которым она заверяла только распоряжения от собственного имени. Единую складскую печать ввели позже; именно поэтому на документе с ранней датой её отсутствие выглядело правдоподобно.

— Рисунок моего малого перстня, — сказала она. — Был ли оттиск сделан им самим, должен установить мастер.

— Печать хранится у вас лично? — спросил офицер.

— Перстень хранится в отдельной шкатулке канцелярии; с момента нового порядка её открывают при двух людях, — сказала она. — Но в первые дни такого журнала ещё не было.

* * *

— Госпожа, — раздался голос Мины, вбежавшей во двор с той поспешностью, что выдавала: весть уже разлетелась по канцелярии быстрее, чем успела остыть новость. — Что происходит?

— Гораздо больше, чем должно было бы происходить на моём собственном дворе без моего ведома, — сказала Лиора, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо ради Мины не меньше, чем ради себя самой.

— В журнале такого распоряжения нет, — сказала Мина, едва увидев лист. — Но в тот день двойной учёт ещё не действовал. Я могу подтвердить только отсутствие записи, не отсутствие самого листа.

Сказать это ей стоило усилия. Последние слова Мина почти проглотила.

— Журнал, который вы же и составляете, — заметил офицер без враждебности, но и без малейшей уступки, — не самое надёжное доказательство в деле против его же составительницы, госпожа Харр. При всём уважении к вашей преданности.

Мина умолкла, но взгляд, брошенный ею на Лиору, был красноречивее любых слов: «Я не отступлю, что бы ни случилось дальше».

* * *

Гераль, до этого молчавший, наконец шагнул чуть ближе, разглядывая оттиск печати с выражением человека, искренне пытающегося помочь разобраться в непостижимом.

— Печать действительно похожа на подлинную, — сказал он тихо. — Но, госпожа, если позволите, — за последние недели доступ к вашему кабинету был не настолько закрыт, насколько вам, возможно, кажется. Уборка, доставка бумаг, визиты по делам канцелярии — десятки людей заходили в помещение, где хранится ящик стола, за это время.

— Вы намекаете, что кто-то из моих собственных работников мог снять с неё слепок? — спросила Лиора, пристально глядя на него, пытаясь понять, звучит ли в этом предположении искреннее беспокойство или нечто куда менее невинное.

— Я не намекаю ни на кого конкретно, — сказал Гераль с безупречно ровной, почти скорбной интонацией. — Я лишь говорю, что печать, при всей своей уникальности, — предмет, а не человек. Предметы можно скопировать, если у кого-то было достаточно времени и достаточно причин.

Объяснение Гераля не противоречило фактам. Лиора отметила только то, что он сам заговорил о раннем беспорядке в канцелярии, хотя офицер его об этом не спрашивал.

* * *

— Формально, — сказал офицер, забирая документ обратно и складывая его с той аккуратностью, что говорила о многолетней привычке обращаться с уликами, — у меня достаточно оснований для официального дознания. Незаконный оружейный груз, обнаруженный на складе, находящемся под личным контролем владелицы, и распоряжение с её печатью, санкционирующее его размещение.

— У вас нет ничего, кроме печати, которая, по вашим же словам, теоретически может быть скопирована, — возразила Лиора, цепляясь за единственную логическую опору, оставшуюся у неё в руках. — Ни одного свидетеля, видевшего, как я подписываю или отдаю подобный приказ. Ни одной прямой связи между мной лично и этим грузом, кроме символа, вырезанного из дерева, который, как вы сами признаёте, физически возможно подделать.