Книга Боги и чудовища, страница 86 – Шелби Махёрин

Другая часть меня тянулась к нему.

Словно на зов сирены.

Печально покачав головой, Ансель наклонился ко мне.

— Нет, Лу, – прошептал он.

Бо поднял палец и укоризненно посмотрел на нас.

— Так не пойдет. Никаких секретиков.

Коко села на свое место и стала сдавать карты. Те защелкали в ее ловких пальцах.

— Ненавижу, когда они перешептываются. – Она бросила взгляд на Анселя и весело добавила: – Вообще-то, я ее лучшая подруга. Ей положено шептаться со мной.

— Скорее, со мной. – Рид скрестил руки на груди и пристально посмотрел на колоду. – И я все видел.

Коко вынула из рукава карту и ухмыльнулась без тени стыда.

— Со мной все хорошо, Лу, – мягко сказал Ансель, не обращая на них внимания. Когда они начали спорить, он даже не взглянул на них. Подбородок у меня задрожал, комната начала расплываться из-за слез. Ансель погладил меня по спине, утешая. – Со мной все хорошо. И у тебя тоже все будет хорошо.

Слезы побежали по моим щекам, крупные и соленые. Меня всю затрясло. Усилием воли я подняла взгляд на Анселя, чтобы запомнить его. Цвет его глаз, улыбку, голос, запах одежды, как солнечный свет. Яркий солнечный свет. Таков был Ансель. Самый светлый и добрый из нас.

— Не хочу, чтобы ты уходил.

— Знаю.

— Мы еще увидимся?

— Надеюсь, что не скоро.

— Можно мне пойти с тобой?

Ансель посмотрел на Рида, Коко и Бо, которые уже начали игру. Бо громко выругался, когда Коко победила в первом раунде.

— Ты и правда этого хочешь? – спросил Ансель.

«Да».

Я поперхнулась этим словом, с горечью глядя на Анселя и чувствуя жар на щеках. Затем покачала головой. Он снова улыбнулся.

— Я так и думал.

И все же Ансель не сдвинулся с места, готовый сидеть рядом со мной сколько потребуется. И я поняла, что он не станет подгонять меня. Я сама должна решиться уйти.

Нутро у меня скрутило еще сильнее. Я сжала кулаки и склонила голову, плечи у меня тряслись. Не сейчас. Не сейчас, не сейчас!

— Я не могу вот так просто оставить тебя. Не могу. Я… я же никогда не увижу, как ты краснеешь от смущения. Не научу тебя петь до конца «Грудастую Лидди». Мы… мы никогда не сходим в кондитерскую Пана, не запихаем пауков в подушку Жан-Люка, не прочитаем вместе La Vie Éphémère. Ты же обещал прочитать ее со мной, помнишь? А еще я не показала тебе чердак, на котором жила… И ты так и не успел ни разу поймать рыбу…

— Лу.

Когда я подняла на него глаза, Ансель уже не улыбался.

— Мне нужен покой.

Покой.

Я тяжело сглотнула. Глаза у меня опухли и наполнились слезами.

Покой.

Слово казалось странным, незнакомым и горьким.

Покой.

Но… боль уже разрывала грудь. И все же она была не напрасна. Мягко выдохнув, я закрыла глаза, ощутив решимость. Я не счесть сколько раз поступала неправильно и лишь о немногих своих поступках сожалела, но с Анселем я поступлю верно. Больше он не будет следовать за мной, неупокоенный, оказавшийся в ловушке в мире, которому уже не принадлежит. Больше он не будет исправлять мои ошибки. Не знаю, как ему удалось остаться с нами, был ли это его выбор или мой, но я не могла больше держать его здесь. Я дам ему то, чего он хочет. То, чего он достоин.

Покой.

Оцепенело кивнув, я встала, подчинившись тому самому странному чувству, что влекло меня за собой. Ансель тоже поднялся. Все вокруг закружилось и завихрилось волнами.