Книга Призрачная невеста, страница 77 – Шелби Махёрин

— Не знала, что у тебя аллергия на кошек.

— С детства. – Она шмыгнула носом и протянула мне полотенце. – Ты искупалась? У тебя уже кожа начинает морщиться.

Разумеется, это неправда. Теперь у меня кожа не сморщится никогда, даже в воде, но я молча вышла из ванны, и матушка обернула меня полотенцем. Не говоря ни слова, она протянула мне шелковое белье. Послушно я натянула его, а она усадила меня на табурет и начала расчесывать мне волосы позолоченным гребнем. Я сидела молча. Горло сдавило.

Матушка никогда не расчесывала мне волосы.

Никогда… не ухаживала за мной так. Это всегда делали нянюшка или сестра, а Сатин Трамбле стояла в стороне и осуждающе смотрела. Ее руки были гораздо нежнее, чем я думала. Она начала заплетать мне волосы, и по шее пробежали приятные мурашки.

— Волосы слишком отросли, – едко заметила она. – Нужно будет постричь их, когда вернемся домой.

«Домой».

Не стоит продолжать этот разговор, однако, когда она протянула мне платье и кивнула, чтобы я надела его, другого выбора у нас не оставалось. Несмотря на все свои недостатки, матушка все же проделала долгий путь и, возможно, заслуживала каких-то ответов перед тем, как уехать без меня. Примет она мою новую жизнь или нет, но домой я уже не смогу вернуться. Теперь моим домом стал Реквием.

Ведь здесь живут вампиры.

Не зная, с чего начать, я с трудом сглотнула и посмотрела на платье. Темно-фиолетовый шелк. Широкие рукава ниспадали с плеч и сужались в манжеты. Корсетный лиф, спереди зашнурованный лентой, переходил в роскошный подол. Наряд был прекрасен.

Разумеется, прекрасен, ведь его выбирала матушка.

Подавив вдох, я раздвинула ширму и указала на мягкие кресла у камина.

— Может… может, присядем?

— Ты ведь хотела отправиться в грот.

Снова чихнув, матушка аккуратно оттеснила ногой котят, которые только сейчас заметили меня. Они наскакивали друг на друга, чтобы дотянуться до меня, и, сжалившись, я присела на корточки и погладила каждого из них по голове.

— Я попрошу их отнести куда-нибудь в другое место.

— Правда? – Мать нахмурила брови. – Но они же… тебе нравятся.

— Нравятся, но если они причиняют тебе неудобства…

— Почему они так ластятся к тебе? – внезапно спросила она. – Почему так мяукают?

Для того, кто решил не обращать внимания на суть проблемы, матушка обладала удивительной способностью зрить в корень. Что ж, можно начать разговор и сейчас.

— Потому что коты – стражи мертвых, – мрачно ответила я, – а я – Невеста Смерти.

Ее резкий вдох отдался эхом.

Возможно, хорошая дочь солгала бы. Успокоила бы свою мать, упала в ее объятья и заплакала при встрече, но я не могла заставить себя сделать ничего из этого. Я могла лишь чесать подбородок толстому рыжему котенку. Нужно будет дать ему имя – назвать их всех. Я всмотрелась в белое сердечко у него на груди, а матушка ждала, пока я продолжу.

«Тулуз».

Да. Этого будут звать Тулуз.

Спустя еще одну минуту молчания она нетерпеливо поджала губы.

— Итак? Ты расскажешь что-нибудь об этом неприличном прозвище или нет?

«Нет».

— Матушка, – тихо произнесла я, и слово прозвучало как мольба, – вряд ли тебе захочется это знать.

— Ты не знаешь, чего я хочу, – резко бросила она.

В груди вспыхнул гнев, но я сказала себе, что Сатин просто горюет, что ей больно.