Онлайн книга «Маяк на улице Рамбла»
|
— С вами все в порядке, сеньор? – спросил один из полицейских, скорее из вежливости, чем из искреннего интереса. — Да, со мной все в порядке, но мой сын ранен. Вы разве не видите? Полицейский надменно осадил ростовщика: — Слушайте, не надо нервничать, мы вообще-то пытаемся помочь. Дон Рамон проигнорировал его слова и обратил все внимание на сына. Как раз в тот самый миг, когда Льюисет, казалось, начал приходить в себя, рядом с ним появились его мать с сестрой, охваченные невероятной тревогой. К счастью, мальчик не спеша сел, чем немного успокоил всех присутствующих. Вскоре на месте происшествия появился элегантно одетый мужчина, представившийся врачом. Он тут же снял импровизированный жгут, наложенный доном Рамоном, и осмотрел рану. К радости всех присутствующих, лезвие не зацепило жизненно важных артерий и нервов, и все ограничилось глубоким зияющим порезом. Пока Росита и Агнес в сопровождении одного из полицейских и врача направились с Льюисетом домой, дон Рамон дал необходимые показания о случившемся. С гневом он опознал задержанного и согласился пройти с другим полицейским в участок, чтобы подать заявление и подписать свои показания. В тот день удача улыбнулась семье Рос, которая помнила 11 сентября 1913 года до конца своих дней. Однако сильнее всех был потрясен сам ростовщик, понимавший, что, если бы не вмешательство сына, эта Диада стала бы последней в его жизни. Тот, кто решил от него избавиться, не собирался просто так сдаваться, и мысли о возможной мести не давали ему покоя. 16 Спустя неделю после нападения Рамон и Исаак прогуливались по набережной Сан-Бертран. Вечер выдался тихим и приятным, но тревога, охватившая обе семьи, омрачала атмосферу теплой Барселоны. К счастью, нападение не вылилось ни во что серьезное, и семья Рос отделалась лишь легким испугом, однако произошедшее заставило ростовщика принять определенные меры. Возможно, он зашел слишком далеко в своем стремлении помогать людям, вызвав недовольство тех, кто набивал карманы грабительскими займами и высокими процентами. Раз на него напали, значит, пришло время пересмотреть свою благотворительную деятельность. В целях безопасности Одноглазый стал целыми днями дежурить в киоске, присматривая за юным Росом, чтобы никто не посмел вновь на него напасть. Таким было прямое указание дона Рамона. Глава семьи решил встретиться с Исааком, чтобы сообщить о своем желании прекратить их партнерство. Для встречи он выбрал открытое пространство, где можно было заметить слежку или предотвратить новое нападение. На скользкой брусчатке среди пары величественных портовых зданий почти не было прогуливающихся и, что важнее, потенциальному нападающему было негде укрыться. — Исаак, тебе хорошо известно, что я уже много лет помогаю тем, кто больше всего в этом нуждается, но, мне кажется, настало время положить конец этому делу. Я не хочу подвергать свою семью риску. Исаак позволил своему партнеру высказаться, а затем попытался убедить его не бросать благое дело: — Друг мой, я прекрасно понимаю твое беспокойство, но отступление будет равносильно признанию их победы. А этого, перед лицом жизненных невзгод, мы не можем, просто не имеем права себе позволить. Страх – это ничтожный и невыносимый инструмент, призванный ограничивать наше существование… |