Онлайн книга «Маяк на улице Рамбла»
|
Льюис убедился, что все в порядке, и, взяв плакат среднего размера, вышел на улицу, чтобы поставить завершающий штрих в церемонии открытия. — Через минуту вернусь, и начнем, – сказал он Антони и Пабло, которые остались ждать условленного сигнала. Глава семейства Рос Понс вышел из киоска через заднюю дверь и взял длинную лестницу, которую они использовали для доступа к рекламным панелям купола. При его появлении общий гул толпы, ожидавшей открытия, стал нарастать, и среди шепота и робких аплодисментов послышалось несколько подбадривающих возгласов: — Давай, Льюис! Мы хотим твой фирменный кофе! Владелец киоска улыбнулся этим словам и установил лестницу в центральной части скромной постройки. Он ловко поднялся и разместил плакат в самом сердце купола, прямо рядом с часами. Посетители с интересом наблюдали за действиями мужчины, которого многие помнили еще ребенком, и, увидев надпись на плакате, взорвались аплодисментами. Их взору предстал поразительно точный портрет Атилио, нарисованный самим хозяином, и новое название киоска: «МАЯК РАМБЛЫ». Жители квартала, питавшие глубокое уважение к прежнему управляющему и видевшие в нем символ целой эпохи, восприняли этот жест с благодарностью. Человек с большим сердцем, всегда готовый прийти на помощь, обрел наконец признание, которого заслуживал. Политики превозносили деятелей искусства и других выдающихся личностей, но никто не вспоминал о тех горожанах, которые не щадили себя, делая Барселону еще прекраснее в глазах всего мира. Под аплодисменты Льюис спустился по лестнице и вернулся в киоск. Пришло время распахнуть двери заведения и начать все с чистого листа. — Что ж… Час настал, – сказал владелец лицензии, и все трое, заняв свое место у барной стойки, начали поднимать ставни. Антони увидел именно то, о чем ему рассказывал отец. Тот самый образ, который поразил Льюиса в детстве и остался с ним на всю жизнь. Стать членом команды этого корабля, пришвартованного на главном бульваре Барселоны, было поистине великой честью. Даром судьбы, выпадавшим на долю избранных. Желая первыми поприветствовать новых хозяев, многочисленные посетители подходили к барной стойке, чтобы, по традиции прежних времен, заказать кофе или содовую, и многие интересовались самим Льюисом и тем, как сложилась его жизнь. Новый владелец заведения с большим радушием обслуживал всех, кого мог, и объяснял присутствующим, что однажды его сын возьмет на себя управление семейным делом. В те первые мгновения Льюис вновь ощутил то чувство, по которому так тосковал, с горечью осознавая, скольким пожертвовал в жизни. Пока его мечта не стала осязаемой, он не мог в полной мере ощутить всю тяжесть утраты. Подавая одну порцию за другой и отмечая, что выпечка и сладкое пользуются огромным успехом среди посетителей, бывший подмастерье взглянул на стену в глубине киоска – сплетение стекла и кованого железа, где он повесил портреты тех, кто, подобно Агнес и Пьеру, мечтал об этом моменте. На мгновение Льюис вновь стал тем наивным малышом, который верил, что сможет покорить мир. Он понял, что нет ничего лучше, чем вернуться туда, где ты был по-настоящему счастлив. * * * Спустя неделю, в течение которой многочисленные жители района стекались к недавно открывшемуся заведению, в нем появилась скромная пожилая женщина с добрым взглядом. Пробираясь сквозь толпу, выходящую со станции метро «Площадь Каталонии» и заполнившую часть начального отрезка Рамблы, донья Кончита, бывшая торговка с рынка в Пятом округе, направилась к барной стойке, за которой Льюис коротал время, ополаскивая кофейные чашки. |