Книга Маяк на улице Рамбла, страница 191 – Льюк Оливерас

Он должен был взять бразды правления и воспользоваться вторым шансом, который дарила ему Лаура. Он больше не мог отворачиваться от того, чего жаждал всю свою жизнь.

Киоск «Каналетас» должен был принадлежать его семье, стать частью наследия тех, кто всегда считал его своим домом, невзирая на его прибыльность и популярность. Маяку нужен был хранитель, чтобы продолжать освещать путь тем, кто заблудился на широком каталонском бульваре.

Лаура стала для него голосом разума, отражением того, что все еще теплилось в его душе. И только его любимая могла так бережно открыть ему глаза на правду.

Пришло время вернуть себе роль, о которой он так мечтал, – взять на себя обязанность нового смотрителя маяка на Рамбле. Сколько бы он ни отрекался от этого, ему было суждено вернуть надежду обществу, свет которого погас вдали от рая. Киоск «Каналетас» был тем самым пристанищем, куда могли вернуться все те, кто искал чуда.

* * *

Приходя в себя после пережитого озарения, Льюис пил кофе в киоске и смотрел на адрес коктейль-бара своего старого товарища Эсекьеля. Он ощущал потребность вновь увидеть его, чтобы разобраться в своих самых сокровенных чувствах и привыкнуть к новому настрою, обретенному на прокатном стуле на Рамбле Каналетас.

К счастью, заведение кубинца находилось в нескольких кварталах от царства прохладительных напитков. Эсекьель, человек хитрый и не в меру наблюдательный, нашел себе местечко в одной из лучших частей Пятого округа, где его гости могли чувствовать себя в безопасности даже глубокой ночью.

«Малекон» был самым изысканным коктейль-баром во всей Барселоне, и его слава неуклонно росла после того, как республиканцы были вынуждены сложить оружие и наступили тяжелые послевоенные времена. Несмотря на всеобщие трудности, этот коктейль-бар стал особым местом, где самые утонченные сибариты могли наслаждаться изысканными напитками, заключать важные сделки и делиться едкими наблюдениями о жизни.

Решив восстановить связь с одним из тех, кто помог ему вернуть супругу, Льюис отправился на поиски, чувствуя, что его нервы натянуты как струна. Эта встреча слишком долго ждала своего часа, и неизвестность – как его встретит Эсекьель? – определяла все его помыслы. Смерть Атилио пронеслась ураганом, разрушив личные отношения тех, кто был знаком с управляющим. Мысль о встрече без своего великого наставника причиняла людям боль, и большинство предпочли избегать этой печали, отдалившись друг от друга. Бегство в самое глубокое убежище, какое только можно было отыскать, приносило утешение.

В «Малеконе» глава семейства Рос Понс сразу же испытал восхищение своим бывшим коллегой. Заведение было оформлено с экзотической элегантностью, переносящей посетителей в безудержную и яркую Кубу той эпохи. Столики были аккуратно расставлены по всему центральному залу, напоминая небольшие плантации сахарного тростника. Кожаные диваны располагали к отдыху, а мягкое освещение окутывало атмосферой «золотого часа». Совершенный баланс элементов, нашептывающий успокоение душе посетителя. Это место было настоящим райским уголком посреди барселонского уличного оазиса, а если у кого-то появлялись в этом сомнения, то тогда сам Господь мог спуститься с небес и вразумить собравшихся.

Очарованный магией этого места, Льюис подошел к одному из уединенных столиков, откуда открывался панорамный вид. Дела у кубинца, без сомнения, шли хорошо, и глава семьи Рос Понс обрадовался, узнав, что не стал единственным в «семье», кому улыбнулась удача. Для каталонского предпринимателя, все еще чувствовавшего себя в долгу перед бывшим товарищем, присутствие в этом баре было чем-то особенным. Благодаря Эсекьелю им удалось разобраться с надменным Амадеу Масом, превратив его в воспоминание.