Книга Всё, что осталось за кадром, страница 79 – Лия Султан

Я делаю глубокий вдох и закрываю глаза.

Ну вот, Миллер. Ты и здесь нашёл способ напомнить о себе — даже когда тебя нет рядом.

В «Пинте», как всегда, много народу, несмотря на будний день и десять вечера. Айдар неслучайно меня позвал сюда — он сегодня без машины и поэтому пьёт уже второй бокал пива. Я ограничилась коктейлем, жую свой салат и краду с тарелки друга чечил. Он привык, что я так делаю, и уже не обращает внимания.

— У тебя тоже что-то случилось? — спрашиваю, отправляя в рот ниточку сыра.

Айдар делает глоток тёмного и слегка морщится. То ли пиво горьковато, то ли мой вопрос ему не по душе. Но раз он сам предложил сегодня приехать сюда, значит, ему хочется выговориться.

— Случилось, — он зарывается пятернёй в волосы и ерошит их. Нервничает, значит. Иной раз забегаешь к нему, когда форс-мажор, а он весь в мыле и вечно волосы вот так трогает.

— Дарина снова в городе?

— Нет. Она просто звонила.

И снова он останавливается. Каждое слово, каждое воспоминание о ней даётся ему с большим трудом. И я как никто другой его понимаю, потому что сама впустила в свою выверенную до мелочей жизнь бывшего.

— И-и-и? — взмахиваю ладонью в ожидании продолжения.

— Они уезжают в Канаду. Её мужу предложили там контракт, — еле выдавливает из себя Айдар.

Первые секунды я не могу найти нужных слов, чтобы утешить его. Его любовь и страсть к ней сделали его зависимым, но что будет, когда она переедет на другой континент? Я боюсь за него, боюсь, что это последнее расставание его сломает.

— Что, — облизываю пересохшие губы, — что ты ей сказал?

Он молчит и снова пьёт. Я понимаю, но всё равно вытягиваю его из этого болота.

— Айдар! Что ты ей сказал?

— Я попросил её вернуться ко мне.

— Айдааар, — вздыхаю я и качаю головой. — Ты предложил ей бросить мужа? У неё же семья.

— Осуждаешь? — горько усмехается.

— Нет. Ты слишком близкий мне человек, чтобы тебя осуждать.

— Ещё вчера я был готов лететь к ней в Астану, стоять перед ней на коленях и просить остаться со мной, — он говорит искренне, но с таким надрывом, что сердце за него болит. — Я сказал ей: «Одно твоё слово — и я всё сделаю. Просто слово».

— Но она ничего не сказала? — тихо спрашиваю я.

Он становится напряжённым. Челюсть сжата, под кожей играют желваки, а пальцы впиваются в высокий пивной бокал с такой силой, что мне кажется, он сейчас расколется, раскрошится.

— Она сказала, что так будет лучше для всех. Пожелала мне счастья и найти ту самую.

Я еле сдерживаю себя, чтобы не сказать грубость. Сегодня утром я сделала почти то же самое — с той лишь разницей, что мы с Жанибеком встречались всего несколько раз, тогда как Дарина уже несколько лет держит Айдара возле себя. Помню, у него только начались отношения с девушкой не из нашей среды. Но Дарина позвонила ему, чтобы просто сказать, что приехала в город. И всё, Айдар сорвался. Потому что: «Мара, ты не понимаешь, это же она. Я люблю её».

И снова — в омут с головой.

— И я её даже понимаю. Где я и где он, да? Я просто редактор новостей с ипотечной квартирой. А у неё муж — крутой разработчик с контрактом в Канаде и, скорее всего, казённой квартирой там, — сколько же боли и неуверенности в нём сейчас. Я даже в плохие времена его таким не видела. — Я — мудак, потому что отпустил её.