Книга Остров Время, страница 86 – Евгения Михайлова

Так началась эта война. Проблема успешного бизнесмена с огромным кругом связей была в том, что крайняя жестокость и отсутствие эмпатии в клинической форме не подлежат контролю разума. Дмитриев просто не мог вынести самой мысли о том, что он является уродливым исключением в среде нормальных людей и даже подозревается в опасных криминальных поступках. Он начал бороться, как больной, который лечится тем, отчего заболел.

Через несколько дней, поздним вечером, в дверь квартиры Яны позвонили, а когда она, не посмотрев на видеокамеру, открыла, будучи уверенной, что это кто-то из сотрудников, друзей или вообще брат Артем, ей под ноги бросили бутылку с коктейлем Молотова. Бутылка с горючей жидкостью упала у ног Яны, запал сработал… Яна даже не вскрикнула. Но сумела добраться до ванной, сорвать с себя загоревшийся халат, смыть гарь и остатки горючего с ног и рук. Лицо, к счастью, не пострадало. Через полчаса Кольцов с группой поиска уже схватили мигранта со следами горючего на руках. И он сказал, что его «попросили» так поступить. И заплатили, он, типа, не знал, что это нельзя делать. В отделении полиции он достаточно полно описал личность просителя. В тот же вечер полицейские задержали Дмитриева. А ночью в офисе фонда загорелись архив с документами и кабинет Яны Боголеповой. Но поскольку там и ночью была охрана, пожар вовремя потушили, документы почти не пострадали.

А утром на квартиру Дмитриева приехала группа социальных экспертов с ордером прокуратуры на медицинскую проверку ребенка Миши пяти лет. Мальчик поехал спокойно, без страха. Ему по-настоящему страшно было только дома.

Тем временем Вика из группы поиска, забросив все другие дела, полностью погрузилась в плавание по прошлому Дмитриева. Она находила и умело опрашивала свидетелей происшествий его всеми забытой прошлой жизни и создавала портрет, который был все больше похож на портрет преступника. Выяснилось, что Олег Дмитриев в первом браке потерял трехлетнюю дочь, которая по всем медицинским документам значилась здоровой. И после этой потери его первая жена стала сильно хромать, якобы из-за падения с лестницы, в результате которого непоправимо пострадал тазобедренный сустав. Женщина жила одиноко и замкнуто, но Вике удалось встретиться с ней. Она сначала отказывалась обсуждать свой неудачный брак и не могла говорить о гибели ребенка. Но, посмотрев на фото маленького Миши в «комнате воспитания», вдруг устало произнесла:

— Никогда не верила, что это чудовище можно заставить ответить за убийство моего ребенка и мою искалеченную жизнь. Слишком много таких мерзавцев на свете, и они все держатся вместе. И у каждого есть какая-то власть. Но и терять мне нечего. Меня просто никто за все эти годы не спрашивал. А дело было в том, что Дмитриев тогда в очередной раз издевался над ребенком, не давал мне подойти… Он смеялся… А когда я схватила дочку на руки, он столкнул нас обеих с лестницы нашего бывшего дома. Марина ударилась головой. А я даже сочла нашим везением, что она быстро и без мук умерла. Мне муж велел мне убираться и предупредил, что за любую информацию, сообщенную полиции, окончательно свернет мне шею: «Или ты забываешь все, или тебе конец». А ради чего мне было бросаться в эту уже проигранную войну? Ребенка мне не вернуть. Решила сама дохромать до конца своего несчастного пути. А сейчас… Посмотрела я на эти фото и подумала: а сколько еще жизней это животное превратило в черные дыры мучений и страха? Кто считал всех его любовниц, жен и их убитых или искалеченных детей? Он добился такого положения в мутной системе бизнеса, которая защищает его от любых подозрений и явных преступлений! Я дам показания на суде, если у вас получится довести дело до него.