Книга Остров Время, страница 84 – Евгения Михайлова

Но однажды случился настоящий скандал. К Яне пришла сотрудница поисковой группы Вика и сказала:

— Я нашла совершенно дикий материал. Ребенка нужно срочно отправлять на медицинскую экспертизу: там, наверное, внутри все переломано, а психика уже на грани. Мальчику всего пять лет, а… Да вот, посмотри, как выглядит в их доме «комната воспитания». Я ужаснулась, когда я увидела эту камеру пыток. На стенах висят орудия истязаний — одного зрелища достаточно, чтобы свихнуться. Вот фото, сделанное издалека — через щель приоткрытой двери. Оно мне стоило половины зарплаты, дай бог здоровья прислуге, продающей информацию о хозяевах.

И Яна со вдруг проснувшимися страхом и болью увидела ребенка, сидящего на цепи.

Вика добавила:

— У мальчика на коленях и локтях незаживающие раны. Но проблема у нас не в этом…

— В чем проблема?

— В том, что такого типа у нас еще не было. И он нам наверняка не по зубам. Яна, этот чудовищный агрессор — наш спонсор Олег Дмитриев. Тот самый лощеный и богатый владелец строительного бизнеса. У него, кстати, больше ста объектов личной недвижимости в Москве и за рубежом. Он купит любой суд с потрохами, нас же и посадят.

— Это большая проблема, конечно, — согласилась Яна. — Как любой богатый человек, который может купить правосудие. Но мы можем сделать эту проблему меньше и спровоцировать его на агрессию, если вернем ему его деньги. Такие люди не выносят ни унижений, ни критики. Пусть начнет сам. Попрошу бухгалтера подсчитать сумму и вернуть деньги на его счет. Даже не пойму теперь: что это за выходка с его спонсорством? Похоже на извращенное удовольствие садиста. И возможно, такой план по внедрению и истреблению нашего фонда. Само по себе это скандал — спонсор фонда по борьбе с домашним насилием истязает собственного ребенка.

— Урод, — авторитетно заявила Вика. — Но материал мы должны передать в группы следствия и экспертизы, а ребенка необходимо отправить на полную медицинскую проверку.

— Этот вопрос надо очень крепко обдумать. Нас в таком случае могут успеть схватить за похищение. Не исключаю, что такой поворот входит в планы Дмитриева. Но мы не обещали бороться с насилием со стороны только нищих алкашей. Преступные повадки сильных мира сего, наверное, опаснее и страшнее для нашего общего будущего. Больше возможностей и уверенность в безнаказанности. Мы, конечно, попробуем спасти ребенка от такой «заботы» отца. А что там с мамой?

— Мама — просто тусовщица, получает от мужа большие бабки и торопится их тратить. Она и была тусовщицей-эскортницей, когда ей так повезло удачно выйти замуж. Считает, что за ребенком должны ухаживать няни.

— Посмотрим на его поведение, когда он получит свои спонсорские взносы обратно. Думаю, появится сам.

И через пару часов после получения извещения о переводе Дмитриев вошел в кабинет Яны. Это был крупный, очень ухоженный мужчина под сорок лет с энергичным и почти красивым лицом. Многие считали его привлекательным, но Яна с первого дня знакомства испытывала отторжение и временами даже неприязнь под откровенным и наглым взглядом его холодных глаз. А его квадратный подбородок намекал на жестокость и потребность в острых ощущениях. Но платил он щедро, что теперь, кажется, выдавало коварство замысла. У него, наверное, и подельники есть из числа других экстремальных «воспитателей», которые мечтают истребить наблюдателей.