Онлайн книга «Неживой свидетель»
|
Не порадовал и Жегунов, который вернулся из трамвайного депо. Нефедов действительно ежедневно наведывался к охраннику на КПП, просясь в туалет, но в обеденное время этого никогда за долгие годы не случалось. Обычно визит наносился ближе к четырем часам пополудни, то есть за два часа до завершения смены. При этом приятельских бесед охранник с покойным ни разу не вел, только головами друг другу кивали в знак приветствия. В целом Нефедов производил на охранника благоприятное впечатление: «От работы меня пустой болтовней не отвлекал и всегда старался управиться как можно быстрее, чтобы свой пост надолго не бросать и меня не подставлять под удар начальства». Других полезных подробностей работник депо не сообщил. — Что получаем в сухом остатке, граждане-товарищи? — потирая ладони, спросил у команды Бурцев. — Описания хулиганов у нас нет, и вряд ли оно появится. Можно, конечно, дать объявление в газете с просьбой помочь уголовному розыску. Вдруг в парке кто-то гулял ближе к моменту нападения на сторожа и заметил стайку юнцов? Понимаю, что результата вряд ли добьемся, но деваться нам, похоже, некуда. — Самое досадное в том, что те хулиганы объявились вчера в окрестностях склада, скорее всего, впервые, — вставил Ефимов. — Иначе бы Нефедов сообщил о них хоть кому-нибудь. Впрочем, он еще тот «старый колдун» был. Нелюдим, дикий, ни с кем не общался. Если и видел мальчишек, запросто мог никому не сказать. — Это верно, у меня в точности такое же впечатление сложилось, — поддержал Бурцев. — Говоря начистоту, это единственное, в чем я на сто процентов убежден, когда речь идет о характере Нефедова. До сих пор не могу составить четкого представления о покойном. Что еще о нем можно сказать, кроме того, что он необщителен? — Ничего, — ответил Жегунов. — Охранник из депо считал его ответственным, потому что Нефедов был неболтлив. Но я почему-то уверен, что люди замкнутость Нефедова принимали за серьезность и ответственность. Какой же он работник на самом деле, трудно разобраться. — А ведь вы правы, — вновь заговорил Ефимов. — Даже Михайлов, ночной сторож, хоть и пять лет проработал с Нефедовым, так и не понял, каким был тот работником, хорошим или плохим. — Так ли это нам сейчас важно? — поинтересовался Варов. По лицам его товарищей заскользила едва заметная улыбка. Они не над сержантом смеялись, не над его недогадливостью. Скорее команду забавляло то, какие нелепые мелочи стояли на пути расследования. — Возможно, что и неважно, — неторопливо произнес майор и, желая, чтобы каждый в его опергруппе ясно представлял направление работы, начал пояснять: — Нам необходимо реконструировать обстоятельства убийства. Почему покойный в момент нападения находился за углом? Отлучался ли он куда-то? Если отлучался, то по какой причине? Сам ли он ушел или его намеренно выманили? Ответим на эти вопросы — поймем, где заканчивается случайность и начинается злой умысел. — А-а… — широко раскрыл рот Варов и кивнул. — Так, может, просто вышел ноги размять? И нечего нам придумывать. — Не удивлюсь, если ты, Димка, прав. Но посуди сам, стал бы сторож далеко уходить от склада, если бы просто хотел ноги размять? — Не-е… — То-то и оно, «не-е…» — передразнил майор. — Но пока сторож на виду, стали бы хулиганы ломать замок на дверях? Не стали бы. |