Книга Свадьба в Чертолесье, страница 34 – Полина Луговцова

— И в чем же? — Мать посмотрела на него ласково и терпеливо, словно он вновь был ребенком, из которого так и сыпались дурацкие вопросы.

— Ну-у… Например, дед мог случайно раскрыть чью-то тайну, раздобыть секретную информацию и где-то рассказать об этом, поэтому кто-то заставил его замолчать.

— Какой же ты у меня фантазер! — Она тихо рассмеялась и потрепала его по плечу. — Сейчас ночь, рядом лес, вот и лезут тебе в голову странные мысли. Проснешься утром и посмеешься над собой, вспоминая об этом.

— И все же… Ты так и не ответила. Где сейчас эта тетрадь? — не отступал Иван.

В разговор вмешался отец, который стоял поодаль, привалившись плечом к стволу сосны.

— Послушай моего совета, сынок… — начал он. — Не копайся ты в этом старом деле. Что было, то прошло и быльем поросло. Не надо прошлое ворошить. Альберт Станиславович был... чудаковатым человеком. Мы его почти не знали. Он появлялся раз в несколько месяцев, привозил какие-то жуткие вещи, а потом исчезал. После его смерти... — Отец замолчал, морща лоб, словно тщательно подбирал слова, а затем, после длинной паузы, коротко произнес, как отрезал: — В его бумагах мы нашли много такого, чего лучше не знать.

— Какого «такого»? — оживился Иван.

— Не спрашивай, этих бумаг уже нет, мы все сожгли.

— Сожгли? Даже научные труды?

— Все подчистую. Вынесли коробки во двор, сложили в железную бочку, и огонь все уничтожил.

Иван смотрел на родителей, и холодок, то и дело пробегавший по его спине, становился все ощутимее. Теперь он понимал, почему они так редко говорили о деде, почему в доме не было ни одной его фотографии и почему мать всегда переводила разговор на другую тему, стоило Ивану заговорить о нем.

— А Алиса? — спросил он вдруг. — Вы верите, что дед нашел ее в лесу?

Отец и мать переглянулись. В этих взглядах было общее знание, то, что они никогда не произносили вслух.

— Вы не верите, — ответил за них Иван.

Они промолчали.

Стало слышно, как перешептываются гости, и кто-то вдруг предложил разойтись, а остальные с явным облегчением подхватили эту мысль. Появились официанты, унесли остатки еды и напитков, а затем начали разбирать столы. Гости потянулись к своим домикам, и вскоре поляна опустела. Остались только Иван, Лера и несколько официантов, которые сворачивали скатерти и гасили свечи. Официанты работали молча, быстро, в их лицах и движениях было что-то скорбное.

Дождавшись, когда все уберут, Иван направился к себе.

— Иван, подожди! — Лера догнала его у самой двери в дом, схватила за рукав. — Ты не хочешь... ну, поговорить? Выпить чаю? Мне так страшно одной!

Она заглянула ему в глаза, и он прочитал в этом взгляде приглашение — то самое, которое женщины бросают мужчинам, когда хотят, чтобы их проводили в номер. Лера была симпатичной: стройные ноги, пышные волосы, пухлые губы. Но сейчас, в мерцающем свете гирлянд, она казалась ему не девушкой, а хищным растением, которое протягивает свои липкие щупальца, чтобы опутать и удержать, а затем употребить в пищу.

До сих пор Ивану не встретилась ни одна девушка, в искренность чувств которой он бы поверил. Все они хотели одного: денег.

— Нет, Лера! — отрезал он. — Если очень страшно, позови охрану, пусть подежурят у твоего номера. А я устал.

— Но, Иван...

— Как-нибудь в другой раз. — Иван повернулся и, не оборачиваясь, зашагал прочь.