Книга Свадьба в Чертолесье, страница 139 – Полина Луговцова

— А что ты там узнал такого о Гордее? — поинтересовалась Алиса, заглядывая Ивану в лицо, и он заметил страх, промелькнувший в ее глазах: судя по всему, она всерьез опасалась за жизнь Заряны. — Теперь ведь у тебя есть время, чтобы все мне рассказать?

Иван не спешил с ответом, провожая взглядом «рогатых», которые один за другим исчезали в ночи, и только когда никого из них поблизости не осталось, сказал ей:

— Пойдем в дом. Разговор будет долгим.

Они проговорили весь остаток ночи.

Свечи — те самые огарки, которые Иван зажег еще вечером, — почти догорели, и он начал копаться в шкафу, надеясь, что там завалялась еще хотя бы пара свечей, но поиски не увенчались успехом. Тем временем огарки потухли, и дом погрузился в темноту, поэтому ему пришлось пересказать сестре содержание дедовской тетради. Алиса, узнав о том, что дед нашел ее в корзинке под елью, почти не удивилась, словно подозревала что-то подобное, хотя, насколько знал Иван, родители тщательно скрывали от нее этот факт. А может, дело было в том, что за последние дни она пережила слишком много потрясений — как хороших, к которым можно было отнести открытие ею способности передвигаться на четвереньках и ее свадьбу с Мироном, так и плохих, когда им пришлось спасаться бегством и скитаться по лесам; поэтому на таком фоне эта информация не произвела на нее большого эффекта. Она лишь улыбнулась с таким видом, словно хотела сказать: «Подумаешь, под елкой нашли, чего только в жизни не бывает!», а потом, подперев подбородок кулаком, уставилась в окно и пробормотала себе под нос:

— А я-то думала, почему эти места кажутся мне такими родными.

— Только не говори, что собираешься здесь остаться, — заворчал Иван. — Я заберу тебя домой, слышишь?

— Ты просто еще не привык к мысли, что я теперь мужняя жена. Как муж скажет, так и будет, — усмехнулась она и добавила с ехидством: — Привыкай!

— Ладно, обсудим еще, — буркнул он и сменил тему, не желая ссориться с Алисой. — Давай выкладывай, как так вышло, что ты теперь мужняя жена.

Алиса начала рассказывать о своих злоключениях и так разволновалась, что ее снова начало потряхивать. К тому же стены дома дышали сыростью, вокруг гуляли сквозняки, и они оба порядком продрогли. Иван отправился растапливать печь, благо спички еще оставались. Под руку ему попался изрядно помятый чайник, и он вскипятил его, наполнив водой из колодца. Заварка нашлась в том же шкафчике, он приметил ее еще раньше, когда искал свечи, и теперь без особого труда извлек из-под завалов, подсвечивая спичками захламленные полки. Вскоре на столе появились две большие железные кружки, в которых дымился чай с ароматом мяты и душистых трав. К тому моменту, когда они опустели, за окном забрезжил рассвет.

— Не нравится мне, что их нет так долго, — сказал Иван, глядя сквозь мутное окошко в белесую туманную даль.

Алиса тихо вздохнула и забарабанила пальцами по столу: тоже нервничала.

Какое-то время они молчали, вслушиваясь в тишину и глядя, как солнце поднимается над безмолвной деревней. Туман, как живой, откатывался в стороны, обнажая пустые улицы, где не было ни души, лишь ветер гонял по земле сухие листья, похожие на дохлых пауков.

Иван почти потерял надежду, когда увидел, как вдали, из камышей, стоявших стеной за околицей, выныривают один за другим темные рогатые силуэты. А потом появился Мирон. На его руках покачивалось, безвольно свисая, тело Заряны. Голова девушки была запрокинута, и длинные волосы касались земли. Бледное лицо с плотно сомкнутыми веками выглядело безжизненным.