Книга Сезон урожая, страница 164 – Бринн Уивер

Наклоняюсь ближе к зеркалу и вижу, как светлые корни волос начинают сопротивляться насыщенному коричневому. Когда я кладу руку на стойку, острая вспышка боли пронзает ладонь. Я отдергиваю руку и переворачиваю ее. Там застряла заноза, а кожа вокруг покраснела и воспалилась. Открываю ящики туалетного столика и нахожу пинцет. Облегчение приходит немедленно, когда я вытаскиваю занозу. Боль, которая, оказывается, была со мной с момента обнаружения тела Артура, притупляется. Кладу занозу на стойку и рассматриваю ее внимательнее. Это крошечный осколок фарфора, одна его половина белая, другая – нефритово-зеленая. Я закрываю глаза и пытаюсь вспомнить все, что видела в гостиной. Не припоминаю, чтобы что-то было разбито или стояло не на своем месте. Может, я была слишком расстроена и не заметила.

Я осторожно подхватываю осколок пинцетом и выбрасываю в мусор, а потом стою под душем, пока вода не становится холодной.

Мне снится только Артур. Как он стоит рядом, но почему-то меня не видит. В других снах он прощается и уходит. Или открывает дверь подвала и спускается в темноту, а я не могу пойти за ним, а когда все же удается, попадаю прямиком в дом Харви Мида, голая и напуганная. Что-то будит меня – то ли звук бензопилы, то ли нескончаемый крик, то ли Лукас, который пытается привести в чувство и трясет за плечо. Уснуть больше не получается.

Следующие несколько дней проходят в оцепенении. Я не возвращаюсь в коттедж. Почти не выхожу на улицу, только за дверь дома Лукаса, чтобы забрать запеканки, супы и буханки домашнего хлеба, которые горожане оставляют на крыльце. Мы покидаем дом лишь однажды – чтобы отправиться в похоронное бюро и договориться об отпевании и церемонии захоронения. Шериф Йетс частенько составляет нам компанию: приходит ежедневно и задает все новые и новые вопросы об убийстве Артура. Вроде бы приближается к объявлению подозреваемого для прессы, которая просто наводнила город.

— Мистер Роудс когда-нибудь упоминал при вас человека по имени Тайлор Найтсбридж? – спрашивает Йетс во время очередного визита, сидя напротив меня в гостиной Лукаса и чуть подавшись вперед.

Я вытираю нос салфеткой, глаза болят от недавнего приступа слез. Столько раз приходилось скрывать истинные чувства перед Йетсом, что маска усталой отстраненности будто бы впиталась в плоть.

— Нет. А что?

— Найтсбридж был добровольцем на поисках, когда они только начались. Он из тех диванных детективов. – Когда я хмурю брови, Йетс поднимает руку, будто отмахиваясь от вопроса, хотя неясно, зачем он его задал, если не хотел копать. Что-то здесь кажется… неправильным. – Не так уж и важно, просто хотел спросить, не знаете ли вы или Роудс, почему он недавно снова объявился в городе. Тайлор в больнице – не уверен, видели ли вы его маленький… взрыв… во время конкурса по поеданию перца. Думаю, он сможет ответить на некоторые вопросы, когда немного оправится. Ситуация была критическая.

Я пожимаю плечом, опуская взгляд на пол.

— Ничем не могу помочь, шериф. Извините.

— Пожалуйста, зовите меня Дамиан. – Йетс протягивает ко мне руку и передает новую салфетку. У меня нет ни малейшего желания звать его Дамианом, но я все равно слабо киваю. – А что насчет Шона Макмиллана, или Джейка Хорнелла, или Питера Эванстона? Или, может, Брайса Махоуни? Он много о них говорил?