Книга Тот, кто обещает, страница 18 – Александр Фрост

Он положил на стол две сотни за свой обед.

— Я не буду вас больше об этом спрашивать, — сказал он. — Ни сейчас, ни потом. Но если вам когда-нибудь понадобится следователь, который умеет не задавать вопросов и при этом работать, — вы знаете, где я сижу.

Апрельский список Астахов нашёл девятого ноября, в воскресенье, у себя дома, разбирая копии, которые Кожухарь отдал ему официально, с описью, для приобщения к прекращённому августовскому производству.

Копий было шестьдесят четыре листа.

Он смотрел их за кухонным столом, при верхнем свете, четвёртый час подряд, и уже почти механически, когда дошёл до сорок первого.

Это был лист из тетради Изотовой.

Она вела наблюдения аккуратно, круглым почерком, с датами. И между записями за июль она подклеила скотчем клочок бумаги — оторванный угол распечатки, найденный ею, судя по подписи внизу страницы, «в подъезде на Гагаринской, 41, 12 июля, лежал под ящиками».

Астахов посмотрел на клочок.

Это был обрывок такого же списка: тот же шрифт, тот же кегль. Сохранилось четыре строки, из них две целиком.

Верхняя строка обрывалась: «...ая 22, гардероб».

Вторая читалась полностью:

«5. Гагаринская 41, кв. 108. Ж., ок. 25. Не из них. Смотрит».

Третья была вычеркнута — не ручкой, а тем же принтером: строка была напечатана и поверх неё напечатан ряд дефисов.

Четвёртая обрывалась на середине.

Астахов сидел за столом и смотрел на вторую строку.

Гагаринская, 41, квартира 108.

Он знал этот адрес наизусть, потому что год назад, в октябре, записывал его в блокнот со слов Марины Юрьевны Тищенко, чья дочь Алина жила там с матерью и была найдена в Заречном парке у старой танцплощадки.

Настя жила на Гагаринской, 41.

В квартире девяносто шесть, двумя этажами ниже.

Астахов очень медленно опустил лист.

«Ж., ок. 25. Не из них. Смотрит».

Насте было двадцать шесть.

Алине Тищенко — девятнадцать, и она начала видеть в августе позапрошлого года, и в октябре её убрали, и это сделали Инквизиторы, и Астахов знал это точно, потому что ему сказал об этом в роще человек, которому незачем было врать.

Но список был не инквизиторский.

Инквизиторы не печатают на лазерном принтере.

Астахов встал, подошёл к окну и постоял, глядя на ноябрьский двор, где тётя Люба, несмотря на снег, о чём-то спорила с соседкой у второго подъезда.

Потом он вернулся к столу, перевернул лист и посмотрел на дату в углу страницы, поставленную Изотовой при подклейке.

Клочок был найден в подъезде на Гагаринской двенадцатого июля этого года.

А напечатан — судя по обрывку колонтитула в самом низу, который никто, кроме него, не заметил бы, потому что он был высотой в полтора миллиметра, — четвёртого апреля прошлого года.

За неделю до моста.