Книга Фантомный свидетель, страница 5 – Алексей Градов

— Иди к экспертам, проконтролируй опечатывание пакетов со Стерхова. Личные вещи, особенно телефон, только под двойную подпись. Я проверю лабораторию.

Марина молча развернулась и зашагала по мокрому асфальту в сторону застегнутого черного мешка, вокруг которого суетились санитары.

Илья выждал несколько секунд, пока ее шаги не стихли за шумом дождя, и быстро направился к выезду из двора. Ноги двигались механически, подошвы скользили по жирной грязи вперемешку с опавшими кленовыми листьями. Возле синего микроавтобуса «Газель» с надписью «Следственный комитет» слабо гудел бензиновый генератор, выбрасывая в сырой воздух едкий выхлоп.

Краснов дернул ручку задней двери и поднялся в тесный, освещенный тусклыми люминесцентными лампами салон лаборатории.

Внутри пахло растворителем, термобумагой и остывшим растворимым кофе. За широким столом, заставленным мониторами и блоками видеозахвата, сидел капитан Седых — штатный техник группы. На нем были надеты массивные наушники, на одном из экранов циклично крутилась цветная сетка тестовой таблицы.

— Седых, — окликнул его Краснов, закрывая за собой дверь и отсекая внешний шум дождя.

Техник вздрогнул, стянул наушники на шею и обернулся:

— А, Илья Николаевич. Замерзли? Мы уже упаковываемся, первичку с перекрестка 7-й и Среднего стянули.

— Покажи мне обзорную с ювелирного салона напротив въезда, — Краснов подошел вплотную, нависая над столом и опираясь обеими руками на край столешницы, чтобы скрыть дрожь в пальцах. — Интервал с двадцати двух пятнадцати до двадцати двух тридцати.

— Так там угол мертвый почти на весь наш двор, — пробормотал техник, но послушно застучал по клавиатуре. — Только кусок детской площадки цепляет и край лавки.

— Выводи, — приказал Краснов.

Экран моргнул, сменив тестовую таблицу на зернистое, черно-белое изображение двора под косыми полосами дождя. В правом верхнем углу бежали зеленые цифры таймкода: 22:18:04.

Зеленые цифры таймкода равнодушно отсчитывали секунды на зернистом мониторе. Двадцать два, восемнадцать, десять. Капли дождя на объективе уличной камеры искажали картинку, размывая контуры припаркованных машин в грязные серые пятна. Внутри тесного салона передвижной лаборатории пахло нагретым пластиком и застарелым сигаретным дымом.

Илья впился взглядом в экран, стиснув край столешницы так, что побелели костяшки. В правом нижнем углу кадра, на границе освещенной зоны, появилась детская песочница и край мокрой деревянной скамейки.

Двадцать два, девятнадцать.

В кадр вошел человек в длинном темном пальто. Фигура двигалась медленно, тяжело переступая через лужи. Краснов безошибочно узнал собственную сутулую спину и характерный наклон головы — так он всегда прятал лицо от встречного ветра. Экранный Илья остановился в полуметре от скамейки.

— А, вот и вы, Илья Николаевич, — зевнул капитан Седых, потирая покрасневшие от недосыпа глаза. — Периметр осматриваете. Говорю же, тут мертвая зона, ничего интересного.

Краснов не ответил. Он перестал дышать, боясь спугнуть изображение.

На мониторе время перевалило за двадцать два, двадцать. Экранный Илья сунул руку во внутренний карман, достал блокнот и шариковую ручку. Он встал вполоборота к камере, глядя прямо на деревянные рейки скамейки. И начал писать.