Книга Криминалист 14, страница 73 – Алим Тыналин

— Обоснование? — спросил я.

— Обоснование прекрасное, — сказал Колфилд без всякого удовольствия. — Телефонный номер из блокнота Гловера совпадает с номером, записанным литейщиком в Маккиспорте. Одна строчка в том же блокноте помечает семнадцатое сентября и Питтсбург. Формально «Мэйфлауэр» и наше дело теперь находится в одном производстве, нам выгоднее держать их вместе, чем раздельно.

— А неформально?

Колфилд посмотрел на меня долгим взглядом.

— Неформально мне не нравится, когда мои люди в зале стоят и смотрят, а кто-то другой бежит на платформу. — Он встал и отодвинул стул. — Это все, что я скажу по этому поводу, я не стану повторять.

Томпсон придвинул мне приказ и ручку.

Я расписался в графе об ознакомлении. Дата двадцать второе сентября, суббота.

— У вас какая-то поездка в планах? — спросил Томпсон.

— Чикаго, — сказал Локхарт. — Понедельник, утренним рейсом. Почтовое отделение и абонентский ящик.

— Ордер есть?

— Юрист Минюста обещал прислать повестку почтовой службе к вечеру понедельника. — Локхарт помолчал. — Она будет по закрытому делу, доступ к ней тоже пойдет по списку.

Томпсон снял очки, положил на стол и потер переносицу.

— Тогда запрашивайте так, чтобы из запроса не было видно, что вы ищете, — сказал он. — Пишите «в рамках проверки финансовой отчетности корпорации штата Делавэр». Это правда, хоть и скучно.

В коридоре Колфилд ушел вперед, к лифту, не оборачиваясь.

Локхарт остановился у окна, где кончается ковровая дорожка и начинается линолеум.

— Митчелл, спасибо. — Он сказал это просто, без всякой окраски. — Вы вчера первым пошли на платформу. Я шел с левой стороны и опоздал бы секунд на пять. Этого хватило бы, чтобы убить президента.

— Вы взяли Гловера.

— Я взял его потому, что вы уронили на него лампу. — Локхарт посмотрел в окно, на стройку. — Все. Больше я про это говорить не буду.

Домой я приехал в седьмом часу вечера, Локхарт приехал со мной, на своей машине.

День стоял тихий, теплый, семьдесят два градуса. Николь во дворе возилась с дальним прожектором на углу забора.

Он мигал вторую неделю, она решила, что это патрон. Стремянка стояла в траве, рядом на газете лежали отвертка, изолента и новый патрон в бумажном пакете.

Брут сидел у стремянки и смотрел вверх, Кассия лежала в тени и не смотрела никуда.

Локхарт вышел из машины, поздоровался с Николь и сказал, что у него дома такой же прожектор и что патроны там горят каждый сезон.

— Потому что вода затекает, — сказала Николь сверху. — Надо колпачок ставить.

— Где вы их берете?

— В хозяйственном на Литтл-Ривер. За тридцать центов.

Она спустилась, вытерла руки о джинсы и ушла в дом ставить чайник.

Мы остались у машины. Локхарт открыл дверцу с водительской стороны, сел боком, не убирая ног на землю и положил на приборную доску фотокопию.

Карточка образцов подписей. Синие чернила, длинный хвост у «дж», смазанная концовка фамилии.

— Смотрите, что мы имеем, — сказал он. — Этот человек за двадцать пять долларов подписывает что угодно. Он попечитель в одиннадцати корпорациях, а может, в ста. Ему присылают бумагу, он несет ее к нотариусу через две двери по коридору, расписывается, кладет в конверт и забывает через час.

— И в банке он не был ни разу.

— Ни разу. — Локхарт постучал пальцем по нижнему краю карточки. — Он ничего не знает, Митчелл. Мы съездим к нему, потратим день, он скажет нам то, что вы уже слышали по телефону про попечителей, подписывал, платили, ничего не помню.