Книга Криминалист 14, страница 14 – Алим Тыналин

Двор маленький, зажатый подпорной стенкой в человеческий рост. Штабель изложниц, бочки с песком под навесом, поленница и старая ванна с дождевой водой.

В глубине, у стены, черный ход. Закрыт стальной дверью, крашенной суриком, с приваренным козырьком.

Я встал за поленницей.

От фасада донесся стук, Локхарт громко ударил в дверь три раза.

Потом еще три. После второго стука дверь черного хода отошла.

Из дома вышел человек, не старик. Лет тридцати пяти, коренастый, в темной рабочей рубашке с закатанными рукавами и в болтающемся брезентовом фартуке, надетом задом наперед. В левой руке он нес плоский сверток, обернутый в промасленную бумагу, величиной с книгу большого формата.

Он аккуратно затворил дверь за собой, придержав, чтобы не хлопнула и пошел к подпорной стенке.

И тут увидел меня. Секунду он стоял неподвижно.

— ФБР! — сказал я. — Стойте на месте, руки в стороны.

Он бросился вбок. Не назад и не на меня, а взял вправо, к стенке.

Быстро взобрался по ней наверх. Поставил ногу на бочку, оттуда на край стенки, подтянулся одной рукой, не выпуская сверток и перевалился через стену.

Я рванул следом и потерял время на бочке, потому что она качнулась.

За стеной показался задний двор соседнего дома, низкая ограда из сетки, склон и еще один проулок. Я помчался следом.

Он бежал хорошо. Не быстро, но грамотно, не оглядывался, держался ровно, выбирал дорогу, как человек, знающий здесь каждый забор.

Сетку он взял с разбега, зацепившись одной рукой за столб. Я перелез следом и порвал карман пиджака.

В проулке он свернул вниз, к реке.

— Локхарт! — крикнул я. — Задний двор, вверх по склону!

Ответа я не услышал.

Проулок вывел на Маркет-стрит, узкую, мощеную улочку с трамвайными рельсами, давно заброшенными и заросшими по краям травой.

В двадцати ярдах ниже стоял автомобиль. Старый зеленый «Понтиак Каталина»,, с ржавчиной по нижней кромке дверей, носом под уклон.

Он добежал, рванул дверь, бросил сверток на пассажирское сиденье и сел. Я был в пятнадцати ярдах, когда он завел мотор.

Завелся сразу, с первого поворота ключа, значит, машина тут недолго и мотор еще не остыл.

«Каталина» тронулась под уклон, набрала ход на первых же ярдах, я успел только хлопнуть ладонью по крышке багажника.

Локхарт подобрал меня через сорок секунд, скатившись по Локаст-стрит на нейтральном ходе и затормозив так, что «Форд» встал юзом на мокрых рельсах.

— Куда он поехал?

— Вниз. Зеленая «Каталина», вниз по Маркет.

Я не успел закрыть дверь, когда он рванул с места.

Нижняя часть Маккиспорта состоит из сетки улиц между заводом и рекой. Все они идут круто вниз или вдоль.

После ночного дождя булыжник и старые трамвайные рельсы блестели.

«Каталину» мы увидели через три квартала. Она ехала впереди ярдах в ста пятидесяти, не сбавляя скорости на перекрестках.

Локхарт вел одной рукой, держась за верхнюю часть руля. Вторую держал на рычаге, сидел прямо, не подаваясь вперед.

— Пристегнитесь, — сказал он.

— Тут же нет ремня.

— Тогда держитесь за рамку двери. Не за приборную доску.

Он медленно догонял его, не пытаясь прибавить скорость.

На Пятой авеню «Каталина» пролетела перекресток на красный свет, грузовик с прицепом, выезжавший сбоку, ударил по тормозам и встал поперек половины проезжей части. Локхарт прошел в оставшийся зазор, не сбросив скорости. Я услышал, как бампер грузовика чиркнул о крыло.