Книга Бесеняша в Академии Магии, страница 59 – Мстислава Черная

Искать специалиста? Я не уверена, что у нас есть время. Тень начинает паниковать, и неизвестно, что она ещё устроит, причём устроит прямо сейчас. Чёрные колючки взлетают, будто подхваченные порывом ветра. Лайс болезненно морщится и косится на окно, а у меня отпадают последние сомнения.

— Стоять на месте, камир.

— Да, но вы не сможете удерживать меня вечно, майя, – улыбка кривая. Я снова ловлю боль и обречённость.

Зря он.

Вместо ответа я произношу по памяти длинную формулу призыва-воплощения-подчинения и подкрепляю магией. От Лайса приходит удивление и полнейшее непонимание. Я замираю. Неужели ошиблась? Секунду, показавшуюся вечностью, ничего не происходит, только чёрные колючки кружат и царапают.

Лайс охает, валится на пол, зажимает голову, будто у него жесточайшая вспышка мигрени. Я теряюсь, потому что вредить я точно не собиралась. Нужен специалист… Поздно. Лайса окутывает чёрный дым, на долгое мгновение вовсе скрывает. Я вижу перед собой лишь клубящийся мрак.

Сердце бешено бьётся.

Облако колючей сажи разрастается, поднимаетсся чутть ли не до потолка этаким воздушным шариком – мрак наверху, а к полу тянется тонюсенькая ножка. Лайс лежит на полу, свернувшись клубком и рвано выдыхает, когда “ножка” его отпускает. Я хочу сесть рядом, коснуться его плеча, но не оставлять же облако без присмотра. Хотя что я с ним могу сделать? Ни малейших идей, надежда на озарение. А облако стремительно съёживется, обретает плотность и морду. Первой появляется бездонная пасть в обрамлении призрачных зубов, следом там, где должен быть нос, образуется провал и последними алым вспыхивают глаза. Будто два уголька тлеют в золе.

Пасть распахивается, вываливается лоскут языка, и морда выразительно облизывается.

Самое время испугаться…

— Жуть, – выдыхаю я, глядя на морду, которая почему-то кажется скорее карикатурной, чем по-настоящему страшной.

— Я Жуть, – чему-то радуется морда, причём “жуть” выделяет голосом, произносит с непонятным мне значением.

— Ага…

Морда делает круг под потолком, несколько раз перекувыркиваясь. Выглядит так, будто она привыкает к новому воплощённому состоянию, и оно ей… нравится? Былой злобы нет и в помине. Да что там! Морда резвится будто дитя.

Очередной пируэт, и морда внезапно пикирует ко мне:

— Верни меня в него, пока не поздно!

Интересная оговорочка про сроки. Лайс так и лежит на полу…

— Зачем? – миролюбиво уточняю я.

— То есть как зачем?! – изумляется морда. – Я его почти съел. Чуть-чуть оставалось. Его отчаяние такое сладкое, такое питательное, м-м-м… Ну? Возвращай уже.

Ложноножка вытягивается и снова цепляется за Лайса. Я подаюсь вперёд. Я плохо понимаю, как отогнать полуматериальный дым, но ничего плохого вроде бы не происходит. Ложноножка не ввинчивается в кожу, а печально тыкается.

— Жуть, – повторяю я.

— Ну?

Я же расплываюсь в улыбке – формула сработала, и без моего разрешения морда может только облизываться.

— Лайс? Всё, все запреты снимаю, – я сажусь рядом по-турецки, осторожно ерошу волосы на его затылке. – Лайс?

Он отключился?

Я беру его за руку, пытаюсь найти пульс. Лайс неловко ловит мои пальцы, сжимает. Жив, в сознании – уже хорошо. Лайс пытается приподняться, но безуспешно. Я обхватываю его за плечи и укладываю к себе на колени.