Книга Мертвая вода, страница 91 – Оливье Норек

С крайней предосторожностью находку очистили от земли. Уже наступал вечер, теперь картину криминальной археологии освещал прожектор.

— Это скелет взрослого человека, — уверенно определил полицейский из криминалистической службы. — Не совсем то, что вы ищете.

— Да, не совсем, — согласилась Ноэми, растерянная, как никогда.

Дождь зарядил вдвое сильнее. Крупные капли отскакивали от гравия, внизу сгустился туман, доходящий до колен.

Когда останки были освобождены от налипшей земли, Ноэми опустилась на колени перед пазлом из костей и с помощью шариковой ручки откатила в сторону череп с широким отверстием на затылке. Выстрел? Удар тупым предметом? И имеет ли это тело отношение к детям? Ноэми уже проклинала расследование, которое, похоже, никогда не закончится.

— Милк, когда криминалисты завершат работу, отправь скелет к судмедэксперту. Честно вам скажу, этот дерьмовый день возвращает нас в исходную точку. Увидимся завтра, когда выспимся.

— Писатели говорят, что текст должен отлежаться, — постарался выслужиться Милк.

— Вот именно.

Когда промокшая до нитки Ноэми покидала кладбище, позади постепенно расходящейся благодаря усилиям полиции толпы любопытных она заметила журналиста Сен-Шарля. Тот, укрывшись под зонтиком, бесцеремонно уселся на капот внедорожника Юго, заменившего «лендровер», который превратился в груду обломков.

— Ну что, топчемся на месте? — встретил ее журналист.

— Мне не очень нравится это выражение, но да. У меня такое впечатление, будто этот день начался неделю назад.

Сен-Шарль поднялся, держа наготове блокнот:

— А что говорят о вашей аварии?

— Если можно, я бы хотела избежать…

— А в могиле вы что-нибудь обнаружили?

— Да. Скелет взрослого человека.

Журналист еле сдерживался, чтобы не захлопать в ладоши, — столь неожиданной оказалась новость.

— А об этом я могу говорить?

Впервые Сен-Шарль просил у нее разрешения на публикацию, и Ноэми этим воспользовалась:

— Можете потерпеть несколько дней?

— Если получу приоритетное право на дальнейшее, то да.

Ноэми протянула руку, и Сен-Шарль пожал ее:

— Вы в Авероне, капитан. Известны ли вам все последствия рукопожатия? Вот уже сотни лет в наших краях главные коммерческие сделки и соглашения не требуют других подтверждений.

— В Париже обещания возлагают ответственность только на тех, кто их получает, но я охотно присоединюсь к местным традициям.

В знак закрепления соглашения он спрятал в карман ручку и записную книжку.

— Берегитесь, Шастен. Вы явно кого-то сильно разозлили.

— Спасибо, Сен-Шарль, мне уже об этом сказали.

Ночью на Авалон и округу обрушились полчища дурных снов. Давние воспоминания ожили и полезли отовсюду, словно оборотни и чудовища из шкафов и из-под кроватей.

* * *

Серж Дорен резко проснулся; кулаки сжаты, живот стиснут чьей-то невидимой рукой.

«Секу». Он вспомнил его имя.

Стоило ему снова уснуть, как кошмарный сон продолжился, словно был поставлен на паузу. Дорен вернулся на двадцать пять лет назад и оказался на строительстве плотины, среди ночи, с ружьем в руке, а перед ним стоял на коленях чернокожий парень, босой, дрожащий от холода в простой футболке.

— Моя есть Секу, — в страхе твердил тот.

Дорен взвел курок и прицелился в мокрый от пота черный затылок.

— Моя есть Секу, — все повторял незнакомец, как будто существовало некое недоразумение, которое можно было рассеять простым произнесением его имени.