Книга Все дороги ведут в Реймс, страница 68 – Александр Харников, Максим Дынин

— Тимофей, – сказал мне граф Петр Иванович Панин, – постарайся найти в Берлине этого самого Грибоваля, войди к нему в доверие – я знаю, ты умеешь нравиться людям – и предложи ему переехать на время в Санкт-Петербург. Пообещай ему жалованье хорошее и звание. Скажи, что здесь его не обидят. Дело в том, что я всерьез надумал провести реформу русской артиллерии. Воевать, конечно, мы не рвемся, но быть готовыми к возможной войне необходимо. У наших артиллеристов и пушечных дел мастеров имеется немало интересных предложений. Если к ним добавить и некоторые европейские новшества… Ну, в общем, ты понял, о чем идет речь?^[39]

Я все понял. Если вице-канцлер Воронцов сумеет найти общий язык с новым королем Франции, то европейской войны может и не быть, а даже если она и случится, то без нашего участия. Конечно, Англия и Франция еще долго будут воевать друг с другом за свои колонии. Но нас это не должно было касаться. Остальные же страны могут решать свои дела полюбовно. России, к примеру, вообще нечего ни с кем делить.

Обсудив вопросы, которые могли появиться у меня во время пребывания в Берлине, я распрощался с графом Шуваловым. Надо было готовиться к дальней дороге, в которой меня могли поджидать разные опасные приключения. Но я уже привык к такой беспокойной жизни и даже находил в ней некую прелесть…

25 апреля 1756 года. Российская империя Санкт-Петербург. Остров Голодай. Слобода Семеновского полка. Поручик Ингерманландского пехотного полка Александр Суворов, пока еще не интендант

Особо не раздумывая, я дал согласие на предложение вице-канцлера графа Воронцова отправиться вместе с ним в Париж, дабы принять участие в коронации нового французского монарха. И ничуть об этом не пожалел. Кроме всего прочего, в качестве отдельного поручения, мне предложили на обратном пути посетить Берлин, чтобы поближе познакомиться с армией короля прусского Фридриха II.

Я перечитал все, что мне было известно об армии Пруссии. Вывод мой таков – нынешний прусский король получил блестяще обученную и вооруженную армию от своего отца, короля Фридриха-Вильгельма, которого в народе называли «король-солдат». С ней Фридрих прекрасно показал себя на поле боя во время недавней Силезской войны.

Что же касается «короля-солдата», то Фридрих-Вильгельм и в самом деле был больше солдатом, чем монархом. Он даже не обижался, услышав это прозвище. Отец нынешнего короля обожал экзерциции на плацу, а офицером в его армии мог стать лишь тот, кто получил двухлетнее военное образование в кадетском пехотном батальоне. Купить офицерский патент, как это часто случалось в Англии и Франции, в Пруссии было просто невозможно.

Покойный король Фридрих-Вильгельм испытывал странную любовь к высоким солдатам. Он не жалел денег, стараясь завербовать в свою армию высокорослых парней. Рассказывали, что, согласно прусским законам, если у крестьянина было несколько сыновей, то двор и хозяйство передавались сыну, обладавшему наименьшим ростом, чтобы высокие сыновья не могли уклониться от службы в прусской армии.

Прочитав об этом, я усмехнулся. Меня, с моим малым ростом, прусский король наверняка бы не счел достойным для службы в его армии. И уж тем более я вряд ли попал бы в гвардию, где, по мнению Фридриха-Вильгельма, должны были служить исключительно великаны. Ведь каждый его гвардеец должен быть ростом не менее двух аршин и десяти вершков^[40].