Онлайн книга «Все дороги ведут в Реймс»
|
Встретившись с главой Канцелярии Александром Ивановичем Шуваловым, я получил от него указание быть готовым в любой момент выехать в Берлин. Там, в столице Прусского королевства, мне надлежало оказывать всю возможную помощь соглядатаям Канцелярии, которые должны были сопровождать в Реймс вице-канцлера Воронцова. Тот должен был в своем лице представлять на коронации нового короля Франции государыню нашу, Елизавету Петровну. — Я бы, Тимоха, отправил и тебя в Реймс, – криво усмехнувшись, сказал Александр Иванович. – Только в составе делегации будет твой бывший шеф, граф Лесток. Императрица простила его и готова отпустить домой в знак восстановления добрых отношений между Россией и Францией. Лесток же прекрасно осведомлен о твоей роли в его деле. И, оказавшись в Париже, он тут же с потрохами поспешит сдать тебя французским сыщикам. Да и, как я слышал, ухорезы из «Секрета короля» неплохо тебя знают и хотели бы свести с тобой счеты. Думаю, что тебя даже не станут там судить, как русского шпиона. Просто в один прекрасный день твое бренное тело найдут с перерезанным горлом в Сене. А ты мне еще нужен. – Тут граф дернул правой щекой и пристально посмотрел на меня. Мне тоже не очень-то хотелось быть зарезанным французскими злодеями и быть похороненным в общей могиле с местными бродягами. Я сказал об этом Александру Ивановичу, поинтересовавшись, чем именно я должен буду заниматься в Берлине. — А о том тебе подробно расскажет мой брат, граф Петр Иванович, – ответил мой собеседник. – Ты с ним по службе уже имел дело. Он ведь ко всему прочему еще и генерал-фельдцейхмейстер[38]. А тебе, Тимоха, я желаю удачи – она тебе наверняка понадобится. И вот я стою перед графом Петром Ивановичем Шуваловым. Он был дороден, вальяжен и разговаривал со мной, как со слугой, хотя я по своему лекарскому чину равен поручику гвардии. Впрочем, мне уже было не привыкать к такому обращению. Бог с ними, от меня не убудет, главное, чтобы дело от этого не страдало… Граф Петр Иванович, однако, дело свое знал и любил. Об этом мне не раз говорили знакомые артиллеристы. Вот и сейчас он старательно разъяснял мне мою задачу. А она заключалась в следующем. Так уж случилось, что в Европе дворянам престижнее всего было служить в кавалерии. Пехота уже не так высоко котировалась, и титулованные особы в ней служить считали ниже своего достоинства. А артиллерия была совсем непрестижна, хотя отец нашей государыни, император Петр Великий гордился тем, что он в совершенстве освоил искусство стрельбы из пушек, и любил, когда его называли «господином бомбардиром». Среди всех европейских армий лучше всего дела в артиллерии обстояли у австрийцев. Это показала закончившаяся в 1748 году Война за австрийское наследство. Несмотря на превосходство своих противников в численности, артиллерия австрийская в борьбе с артиллерией противостоящей ей европейской коалиции сумела доказать, что она лучшая в Европе. В составе австрийского войска в качестве волонтера служил француз Жан-Батист Вакет де Грибоваль. Он участвовал в той войне, набрался необходимого опыта и, вернувшись во Францию, стал требовать от своего начальства заняться совершенствованием французской артиллерии. От беспокойного чудака-капитана поначалу лишь отмахивались, как от назойливой мухи. Потом, когда по предложению короля Людовика XV было решено послать за границу толкового офицера, который мог бы обобщить опыт прошедшей войны, в Берлин отправили Грибоваля. Дело в том, что прусский король Фридрих II тоже всерьез занялся реформой своей артиллерии, и капитан мог там добыть информацию, полезную для армии французской. |