Книга Ватажник, страница 126 – Юрий Уленгов, Алекс Хай

Из глубины дома донеслись крики.

— Обыскать нижний этаж! Быстро! — рявкнул Сабуров, устремляясь вверх по лестнице, перепрыгивая сразу через две ступени. Я бросился следом, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

Мы взлетели на второй этаж, и навстречу нам выскочили двое. Сабуров на ходу срубил первого палашом, а второй отскочил назад и вскинул руку с пистолем. Грохнуло так, что у меня зазвенело в ухе, а пуля выбила щепу из дверного косяка прямо над моей головой. Я, не мешкая, выстрелил в ответ — терцероль дёрнулся в руке, и человек с простреленной головой осел на пол.

И тут сзади кто-то ухватил меня за плечо.

Рывок развернул меня, и я отшатнулся, чувствуя, как холодеет внутри. За моей спиной стоял тот самый франт, которого я минуту назад застрелил на лестнице. Лицо его перекосилось, глаза заволокло молочно-белой мертвенной пеленой, а рот превратился в перекошенную пасть.

Проклятье!

Я не успел даже подумать — тело само извернулось немыслимым образом, а рука вбила мизерикордию, выхваченную из сапога, мертвяку прямо в глаз, по самую рукоять.

Тело обмякло и рухнуло к моим ногам, а я почувствовал странное, неуместное сейчас облегчение — раз в этом доме поднимаются мертвецы, значит, мы всё-таки пришли по адресу.

Снизу донеслись крики. Судя по звуку, поднимались и остальные убитые слуги.

Сабуров всё понял без слов — коротко кивнув, он рванул по коридору дальше, а я устремился следом, на бегу перезаряжая терцероль.

Достигнув дверей в конце коридора, Сабуров с разбегу ударил в них ногой — и тут же, как-то по-щенячьи взвизгнув, отлетел назад, сложившись пополам.

Я ощутил это мгновением позже — тяжёлый давящий удар, разлившийся по голове от виска до затылка, подобный тому, что я ощутил, сражаясь с водителем у частокола Малого Днища. Камень на груди вспыхнул ядовитым огнём, приняв часть удара на себя, и я пошатнулся, но устоял на ногах, стиснув зубы.

Собрав остатки воли, я шагнул в кабинет, и на миг замер от увиденного.

Вся мебель была сдвинута к стенам, а толстый пушистый ковёр небрежно отброшен в угол, обнажив каменный пол. В центре комнаты, в круге со звездой, начерченными по всей видимости чужой кровью, лежал заколотый человек. А над ним стоял мужчина в дорогом костюме-тройке, с причудливым галстуком на шее и странной формы ножом в руке, которым он, судя по всему, только что вычерчивал на теле некий узор.

Взглянув на убитого, я был готов поспорить, что ещё недавно эти двое были если не лучшими друзьями, то по меньшей мере соратниками — слишком уж схожими были покрой и качество одежды, слишком уж одинаково дорогими выглядели пуговицы и запонки. Сомнений больше не оставалось. Мы действительно нашли тех, кого искали. Полагаю, что и на конюшне сыщутся лошади с характерным узором на подковах…

Глаза человека в костюме вспыхнули зелёным.

На меня обрушилась новая волна — сильнее прежней, и я едва успел отгородиться от неё Даром, чувствуя, как трещит что-то в самой глубине сознания. Прикрывшись, я ударил в ответ — резко, всей силой, какую только смог в себе собрать.

Некромант едва заметно пошатнулся. Зелёный огонь в его глазах на мгновение погас, и он уставился на меня с нескрываемым удивлением — а потом в этом взгляде вспыхнуло узнавание, будто он, наконец, разглядел во мне что-то, чего не ожидал увидеть.