Книга Год 1995-й. Русский Ренессанс, страница 11 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Слушаюсь, Батя, — ответила Гроза Драконов и отправилась выполнять задание.

Свидетелями этого разговора были господин Жириновский и Дмитрий Холодов, которого я отозвал с Балкан, потому что там его журналистская работа уже закончилась, а тут только начинается. Да и Вольфыч обиделся бы, если бы я лишил его возможности собственными глазами увидеть все самое интересное. Финальный аккорд разгрома американской гегемонии эти двое собственными глазами уже наблюдали, и теперь пришло время для зрелищ прямо противоположного толка.

— Никогда не думал, что доживу до того момента, когда за господином Грачевым пошлют группу захвата, — задумчиво произнес Холодов. — Вы это сделали из-за того, что этот человек натворил в девяносто первом году?

— События, сопровождавшие распад Советского Союза, в вашем мире сделались уже седой историей — сказал я, — и поэтому могут быть только обстоятельствами, отягчающими основную вину. Главное прегрешение генерала Грачева в том, что на местности сейчас все выглядит так, будто он и его прихвостни сначала составили идиотский план грозненской операции, а потом… передали его на ознакомление Дудаеву — возможно, напрямую, возможно, с отскоком через Пентагон. Есть, знаете ли, такая игра сквош, когда игроки посылают друг другу теннисный мяч с отскоком от стены. А вот за такое я, как Защитник Земли Русской и Бич Божий, должен живьем прокручивать виновных через мясорубку без местного и общего наркоза. Надеюсь, вы меня понимаете?

— Да, понимаю, — ответил журналист. — Теперь мне интересно, что на это скажет господин Жириновский?

— А что я могу сказать? — пожал плечами Вольфыч. — Подонки, проститутки, мерзавцы — других слов мне на ум как-то не приходит. И главный подонок — это не генерал Грачев, а господин Ельцин. Там, в Грозном, погибают российские солдаты и офицеры, а они изволят праздновать и пьянствовать водку!

— С последним замечанием согласен, — кивнул я, — но вы же знаете причину, по которой фигура алкоголиссимуса Всея Руси для нас неприкосновенна. Уйти с трона это существо должно само и собственными ногами, в полной уверенности в своей неприкосновенности. Ну и черт с ним, господином Ельциным. Его безопасность я с легкостью обменяю на безопасность всей России. Однако им мы займемся на следующем этапе, а сейчас на первом плане у нас дела текущие. Как только в районе железнодорожного вокзала Грозного будет установлен полный порядок, вы, Дмитрий, со своей съемочной группой, и вы, Владимир Вольфович, сядете в представительский челнок и отправитесь вниз, знакомиться с героическим командиром Майкопской бригады полковником Савиным — российская пресса и законодательная власть в одном флаконе. Если сейчас все сделать правильно, то следующие парламентские выборы будут у ЛДПР в кармане. Надеюсь, это вы понимаете?

— О да, — потер руки Жирик, — прекрасно понимаю. От таких предложений не отказываются. Мы, либеральные демократы — главные защитники простого русского народа, и никакие товарищи Зюгановы с нами рядом даже не стояли!

— А не слишком ли это цинично — использовать такую трагедию для продвижения банальных политических интересов? — с сомнением спросил Дмитрий Холодов.

— Не слишком, — вздохнул я. — Перефразируя слова Франклина Рузвельта, можно сказать, что если яйца уже разбиты, то из них нужно делать яичницу, иначе ценный продукт пропадет напрасно. Трагедия в Грозном уже случилась, и сейчас мы изо всех сил пытаемся уменьшить ее масштаб. Как в прошлом мире показало следствие по чеченскому вопросу, весь он, от начала и до конца, был придуман господином Ельциным, чтобы максимально ослабить Советский Союз и заполучить в России безраздельную диктаторскую власть. Первое у него получилось, а второе уже нет. Ведь власть — это не абсолютный контроль за всем и вся, а способность правителей достигать целей без применения вооруженного насилия, используя только взаимоотношения между людьми. А тут какая может быть власть? И отдельные люди, и целые регионы готовы бежать из России, будто пациенты из зачумленного барака. Только вот у подавляющего большинства другой страны за душой нет, поэтому за ту Россию, что есть, следует биться до самого конца.