Книга Год 1995-й. Русский Ренессанс, страница 10 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Примечание авторов: * по воспоминаниям участников тех событий, у боевиков на руках имелось такое количество выстрелов к противотанковым гранатометам (спасибо Павлу Грачеву), что они палили из них не только по бронетехнике, но и по отдельным солдатам. А на себе такое количество боеприпасов не унести, требуется постоянное снабжение. Да и маневрировали силами боевики по городу тоже отнюдь не пешим порядком.

При этом с по-настоящему крупными бандами, изготовившимися к круговой обороне, егеря без серьезных потерь справиться не смогут, а потому такая задача им и не ставится. Однако, несмотря на ограниченные возможности, боевые егерские группы с порученным делом справляются. Эффект от их работы не только чисто военный, но и психологический. Перемещаясь по городу, боевики уже не раз находили отряды своих пропавших из эфира подельников перебитыми до последнего человека, в ошеломлении созерцая кучки отрезанных голов, где рядом с седобородыми аксакалами лежали безусые юнцы, а также сожженные или взорванные машины, когда от людей не осталось вообще ничего.

Наткнувшись на несколько мест, где боевики расстреливали пленных российских солдат, мои воительницы начали истреблять их не только по приказу, но и по велению души. Поэтому кровь течет по земле рекой, и никто из ичкерийских головорезов не может быть уверен, что в следующую минуту сам не станет жертвой беспощадных убийц, которых не видел еще никто из живых. Мелкие отряды в один страшный момент просто перестают выходить на связь, а потом их находят в таком разукомплектованном виде. Почерк настолько не российский, что даже у старых людоедов с многолетним афганским опытом под папахами дыбом встают седые волосы. До криков «жить хочу, жить!», еще далеко, однако монолитная уверенность в своей правоте и безнаказанности поколеблена. А самые прозорливые из прозорливых уже догадываются, что, несмотря на беспомощность федеральных войск, все хорошее для них закончилось.

Однако этого недостаточно для победы, поэтому я решаю выложить на стол главные козыри, тем более что уже можно, то есть пора. Первыми вниз на дело уходят носители эскадронов «Шершней», за ними готовятся стартовать тяжелые челноки со штурмовой пехотой и еще один «Святогор», оборудованный как санитарный транспорт. Прикрывает высадку (просто для страховки) эскадрон «Стилетов». Цель первой операции — разблокировать российскую группировку на железнодорожном вокзале, а осаждающих их боевиков препроводить прямо в приемный покой ангела смерти Азраила. Зажились они на этом свете, пора и честь знать. А еще пора заткнуть фонтан дурацких приказов и распоряжений, исходящих из Моздока от Павла Грачева и его подхалимов.

— Кобра, — говорю я, — сейчас ты возьмешь парней полковника Коломийцева и вместе с товарищем Гордеевым на «Святогоре» с истребительным прикрытием совершишь набег на железнодорожный вокзал Моздока, где сейчас в своем штабном вагоне пьянствует Павел Грачев. Руками брать всех, кто окажется в шаговой доступности, особо меня интересуют разные мутные личности, вроде иностранных журналистов. Пусть знают, что крики «я американский гражданин» у нас тут проходят как отягчающее обстоятельство, а не основание для того, чтобы отпустить и извиниться. Если будет надо, можешь съездить кого-нибудь пару раз по роже или ниже, но только прошу никого не убивать. На данный момент это лишнее.