Онлайн книга «Чаша гнева»
|
— Ты сам, товарищ Махно, понял, что сказал? - спросил я. - Вы отрицаете авторитеты, при этом ссылаясь на авторитет основателей своего учения господ Прудона, Бакунина и князя Кропоткина, да и ты сам разве не являешься непререкаемым авторитетом для своих людей? Вы выступаете против любой власти, но сами вооружились и стали властью, чтобы подавлять тех, кого считаете контрреволюцией. Вы отрицаете принуждение, но собираетесь силой оружия заставить миллионы людей жить так, как они не хотят. Закон ведь не только угнетает простых трудящихся, он же их и защищает от тех личностей, которые желают самовыражаться путем применения насилия к своим соседям, дальним и ближним. Если бы сюда пришли германцы, ты сам бы помчался за помощью к так нелюбимому тобой советскому государству, ибо самостоятельно против иностранной интервенции твоему маленькому Гуляй-полю не сдюжить. Чему же, получается, следует верить, товарищ Махно - словам твоим или делам? — Не слушай его, батько, врет он все! - заорал один из махновцев, выстроившихся у стены вокзала с поднятыми руками. — Цыц, Семен, не встревай, когда умные люди разговаривают! - рявкнул Махно, после чего повернулся ко мне и сказал: - Германцы не придут, товарищ Серегин, потому что товарищ Ленин заключил с ними мир... — Товарищ Ленин только подписал мирный договор, - хмыкнула Кобра, - а заключил его товарищ Серегин, до икоты запугавший кайзера Вильгельма внезапным недружественным визитом одной из своих пехотных бригад в его ставку. При встрече Батя вручил этому коронованному обормоту отрезанные головы ярых противников мира генералов Гинденбурга и Людендорфа и объяснил, что если тот не уберет свои жадные лапы от Советской России, то в этой коллекции добавится третья голова, его собственная. После этой операции германцы стали покладисты как дети и быстро подписали с товарищем Лениным вполне почетный мир. — Да, так и было, - скромно подтвердил я. — А не врете? - недоверчиво спросил Махно, потом поднял глаза к небу на посвистывающие импеллерами «Шершни», перевел взгляд на БМП-2 и в самую последнюю очередь посмотрел поверх моей головы - туда, где светился нимб, и вздохнул: - Нет, вижу, не врете... — Батя у нас никогда не врет, - убежденно сказала Кобра. - Он у нас Адепт Порядка, Бог Русской Оборонительной Войны и Младший Архангел, и любая ложь противоречит его сущности. Если он говорит, что это люминий, то, значит, люминий, если чугуний, то, значит, чугуний, если сказал, что идею анархии в России поддержал самый минимум людей, то, значит, так оно и есть. Вопрос правильного государства - только в качестве законов, задающих баланс прав и обязанностей граждан. А для этого власть должна чувствовать единство со своим народом. Кому многое дано, с того и спрашивать тоже следует по верхней планке. И еще, скажу я тебе, ты ему и в самом деле нравишься как человек, поэтому он с тобой сейчас и разговаривает разговоры, а не ставит к стенке. Когда в Киеве мы ликвидировали Центральную Раду, он, не моргнув глазом, приказал отрубить головы всему правительству самостийщиков. Сказал, что приговор окончательный и обжалованию не подлежит, после чего наши амазонки быстро привели панов министров к общему знаменателю. — И это тоже было, - сказал я. - А головы я приказал отрубить потому, что эти люди совсем не думали о своем народе, а только об абсолютной власти над ним и о своем месте в Истории как отцов-основателей нового государства. |