Онлайн книга «Из глубин»
|
— Ваше величество, – черноусый порывистый кагет тоже мог бы сделать карьеру в Паоне, – мой государь Хаммаилло-Заггаз из славного рода Саваш-кувай счастлив обрести брата и друга. Я же, казарон Бурраз-ло-Ваухсар из рода Гурпотай, вдвойне счастлив служить союзу великой Талигойи и Кагетской казарии. Создателю было угодно послать талигойцам и кагетам сходные испытания, но как солнце не может взойти на западе, так злоба и предательство не могут победить честь и мужество. Талигойя освободилась от власти кровавой тирании, скоро будет свободна и Кагета. Падение Олларов и пленение вашим величеством преступного герцога Алва принесет свободу и счастье не только подданным вашего величества, но и Кагете. — Мы напишем нашему брату Хаммаилу-ло-Заггазу, – без малейшей запинки произнес жуткое имечко сюзерен. – Что до бывшего герцога Алва, то он ответит за все свои преступления, свершенные как в Талигойе, так и в других странах. Ваше право и ваша обязанность перед Создателем, государем и соотечественниками – поведать суду и миру о том, что вам известно. — Я, Бурраз-ло-Ваухсар из рода Гурпотай, буду счастлив бросить горсть кагетской земли на курган справедливости, – бросился в бой казарон. – Прошу ваше величество принять мои верительные грамоты. Бурраз обошелся без офицера. Танцующей походкой кагет пересек зал, вручил пораженному ликтору нечто золотое, усыпанное бирюзой, обжег взглядом красотку Кракл и, страстно вздохнув, занял свое законное место, оказавшись меж двух пустующих кресел – йернского и алатского: брат Матильды был очень осторожным человеком. «Сим подтверждается, – возвысил голос пораженный врученным ему великолепием ликтор, – что предъявитель сего, Бурраз-ло-Ваухсар из рода Гурпотай, является не полным и полномочным представителем нашим при Талигойском дворе, а гайифской усладой. Заодно подтверждается, что тем же самым являются казарон Хаммаил-ло-Заггаз и Альдо Ракан, коему мы в великой благости своей повелеваем впредь именоваться Та-Раканом. И, наконец, мы уведомляем, что нашим полномочным послом при Та-Раканьем дворе являемся мы сами и все сказанное и написанное нами написано собственноручно и с чувством глубочайшего удовлетворения. Суза-Муза. Граф». 4 Первым опомнился Удо. — Слава королю Талигойскому! – граф Гонт осушил бокал и на алатский манер с силой швырнул об пол; рубиновые осколки смешались с разноцветными блестками. – Так и будет! — Слава великому Альдо! – подхватил Кракл, что-то торопливо стряхивая с рукава. — Великая слава! — Друзья! – сюзерен даже не взглянул на черноусого красавца, съежившегося до кроличьих размеров. – Мы благодарим всех разделивших наше торжество. Не стоит затягивать церемонию, экстерриор передаст мне ваши верительные грамоты завтра же, а сейчас наполните кубки. Эта ночь создана для вина и музыки, а не для скучных бумаг! — Да здравствует Альдо Первый! – Гамбрин высоко поднял свой бокал и посмотрел на Робера. Очень странно посмотрел. — Слава Альдо Победоносному, не побоюсь этого слова! – возопил Ванаг. — До дна! Только до дна! — «Тгиумф Гаканов»! Я тгебую, чтоб сыггали «Триумф Гаканов»! — За нашего короля! — Нашего великого короля!.. Все пили, и Робер со всеми, иначе было нельзя! Кракл громко рассказывал о своем путешествии в Кадану. Удо поднимал бокал за бокалом за прекрасные глаза, серые, черные, синие, карие… Вускерд рассказывал какую-то сплетню, но его рассказ тонул в тараторящих на все лады голосах и каком-то звоне. Куда делся злосчастный казарон, Эпинэ не заметил, но тот делся. Матильда тряхнула головой, поднялась и ушла. Догнать? Нет, нельзя, друг и соратник его величества должен сидеть рядом с Повелителем Волн и не давать повода для подозрений. Бедная Матильда… Хоть бы ее Лаци нашел нужные слова или не слова. |