Книга Операция «Сафари», страница 139 – Александр Быченин

— Надо с начальством связаться еще раз, – подвел итог майор. – В подробностях доложить.

Радиограмму о боестолкновении отправили сразу по его завершении, но описали положение предельно кратко, а теперь Волчара справедливо решил разделить ответственность с руководством. Он скрылся в кунге почти не пострадавшей командирской «шишиги», возле которой я его и выловил, а я отправился к нашему «бобику», приводить себя в порядок и пополнять боезапас.

Вокруг царили разгром и разрушение. Старшины на все не хватало, поэтому личный состав сосредоточился на делах насущных, в список которых уборка территории на данный момент не входила. Ладно хоть трупы за забор перекидали, а лужи крови и обойти можно, чай, не баре. После бойни майор усилил охрану – на каждой вышке дежурила пара из снайпера и пулеметчика с РПКМ, а на южной башенке так и остался наш «корд», но вместо Иванова за ним закрепили другого бойца. Один из бэтээров дежурил у стен, а второй патрулировал окрестности, нарезая круги по буеракам. Научники во главе с Еремеевым вооружились лопатами и под охраной четверки автоматчиков ковырялись в воронке – искали вход в энергоцентраль. В общем, все были заняты, и только я страдал фигней. Впрочем, вру – Сашка тоже бездельничал, пусть и по уважительной причине: рана у него оказалась легкой, но тяжелый физический труд все равно был противопоказан. В рукопашной он заработал обширный, хоть и неглубокий, порез левого плеча и ногу повредил. В горячке боя не заметил, но, когда добрались до стойбища кочевников, выяснилось, что ходит он с трудом, а хромота усилилась. По прибытии в лагерь Волчара прогнал его отдыхать, на что возражений не последовало. Из офицерского состава я оказался наименее пострадавшим – не считая прокушенной губы, других повреждений у меня не было. Майору рассекли щеку наконечником копья, так что шрам обеспечен. Игнашов отделался сильным ушибом и переломом пары ребер. Петруша Еремеев, словивший в дыню от старшины, маялся головой, с подозрением на легкое сотрясение мозга. Я же ополоснул лицо водой из фляжки и на этом обработку ран решил считать завершенной. Некогда болеть, надо магазины заново набивать, почти все расстрелял, причем сам не заметил когда. За этим занятием меня и застал майор примерно через полчаса – я еще и Сашкины под шумок снарядил, ему с порезанной рукой неудобно было.

— Ну, капитан, мы и переполох устроили! – без предисловий выдал Волчара, плюхнувшись на левое сиденье «бобика». – Только что начальство передало, отправляют к нам штурмовик со спецбригадой медиков. Прикинь, а?! Штурмовик не пожалели, врачей каких-то особенных. Что мы тут разворошили, туда-сюда?

Я лишь пожал плечами в ответ. Откуда я знаю? Я вообще не местный.

— Завтра с утра авиаразведку обещали устроить и раскатать все обнаруженные стойбища, – продолжил майор. – Завтра же еще колонну со стройматериалами отправят. Будут строить не просто опорный пункт, форпост заложат. Периметр не хуже чем в Чернореченске, и войск чуть не полк загонят. Это что же творится-то!

Я на известие отреагировал вяло – кивнул разок, и все. А вот Сашка слушал уронив челюсть. Значит, действительно нечто из ряда вон происходит.

— Короче, через час прилетят спецы, – закончил разговор Волчара, выбрался из «бобика» и побрел к суетящимся у забора бойцам, на ходу успевая раздавать распоряжения и вставлять фитили встречным-поперечным.