Книга Краски осени, страница 19 – Маруся Хмельная

Последнее чудовище поднялось на площади — гибрид волка и шторма, с глазами-молниями. Джейкоб, истекая кровью из пореза на руке, выстроил баррикаду из мусорных баков.

— Отвлекай его! — крикнула Софи, роясь в сумке.

— Чем? Своим обаянием? — он язвил, но бросил в монстра баллончик. Тот взорвался, ослепив тварь на мгновение.

Софи вытащила флягу с холодным кофе — запас из кофейни. Вылила на асфальт, рисуя круг.

— Сюда!

Джейкоб нырнул в круг, волоча за собой тень. Софи плеснула остатки кофе в центр.

Взрыв света ослепил их. Когда зрение вернулось, на месте монстра дымилась воронка, а над городом...

— Смотри, — прошептала Софи.

Тучи расступились, открывая луну. Её свет падал на улицы, и там, где раньше были тени, теперь лежали обычные рисунки — потрёпанные дождём, но безмолвные.

Джейкоб сидел на земле, обхватив колени. Его руки дрожали так, что он не мог зажечь фонарик.

— Ты... — он выдохнул, глядя на пустую флягу у её ног, — могла погибнуть.

Софи опустилась рядом, вытирая ладонью смесь дождя и копоти с его лица.

— А ты думал, я брошу тебя?

Он схватил её за запястье. Его пальцы обожгли кожу, а взгляд, всегда такой защищённый, стал прозрачным, как стёклышко.

— Я не стою того, — прошептал он.

Она приблизилась, стирая расстояние, которое он так яростно охранял. Их губы почти соприкоснулись, когда рычание Хранителя прокатилось по крышам.

Рыжий кот сидел на фонаре, шерсть дыбом. Его глаза метали молнии, а из пасти капала чёрная смола.

— Игра меняется, — проскрежетал его голос. — Пришло время настоящих правил.

Джейкоб вскочил, закрывая Софи собой. Но кот лишь прыгнул в тень, оставив после себя запах гари и записку, пришпиленную гвоздём к асфальту:

«Ищите там, где закончился страх».

На обороте, детской рукой, была нарисована дверь в виде цветка.

— Бабушкин сад, — пробормотал Джейкоб, разжимая кулак. В его ладони лежал смятый лепесток синего цветка — того самого, что Софи вырастила из семени.

Город за их спинами затихал, но в воздухе висел вопрос, тяжелее любой бури: что приготовил им Хранитель на следующем уровне игры?

Дом бабушки пах забвением. Пыль лежала на мебели саваном, а занавески, некогда белоснежные, пожелтели, как страницы старых писем. Джейкоб стоял на пороге, сжимая фонарик, будто это единственный якорь в море теней. Он не был здесь с похорон.

Софи, примостившаяся на подоконнике, грызла ноготь, наблюдая, как он перебирает книги на полке.

— Ты уверена, что хочешь лезть в это? Ты могла остаться в кофейне, — буркнул он, сдергивая покрывало с массивного сундука. Резьба на крышке изображала цветы, обвивающие меч.

— И пропустить экскурсию в твоё мрачное прошлое? — она спрыгнула, подбирая с пола засохший лепесток. — Что ищем?

— Информацию о хранителях, — Джейкоб щёлкнул замком, который поддался с шестого раза.

Внутри, под слоем лавандовых саше, лежал дневник в кожаном переплёте. На обложке — вытисненный символ: цветок внутри кольца.

Он сел на пол, прислонившись к кровати с прогнувшейся сеткой. Софи пристроилась рядом, её колено касалось его бедра. Он не отодвинулся.

Первые страницы были исписаны аккуратным почерком с завитушками.«21 мая. Сегодня Алвейн снова говорил о долге. Но разве долг — это всегда жертва? Иногда это просто выбор. Правильный, но нелёгкий путь».