Книга Жестокое общество, страница 126 – Морган Бриджес

Моя девочка сильная, она боец, и ее решимость восхищает, но обстоятельства сильнее нее. Они сильнее нас обоих. Я не готов идти в будущее, в котором ее нет. И никак не могу успокоиться, вспоминая, что она почти отказала мне.

Надо было сказать ей, что брат жив, дать стимул бороться, но я не готов был пойти на такой риск. Я доверяю Деклану свою жизнь и жизнь Делайлы, иначе нас бы здесь не было, но я видел, на что способен мой отец, когда хочет кого-то наказать. Если Эдвард Донован узнает, что Деклан прятал меня от него в этой больнице, он убьет его.

Остановившись на секунду, смотрю в окно и думаю о Бенджамине. Он все еще там, под землей, и из еды у него только консервы. А я здесь и медленно умираю с каждой минутой, что Делайлы нет рядом и я не в силах ничем ей помочь.

Но я могу помочь ее брату.

Выдохнув, отхожу от окна и направляюсь к выходу. Хирург сказал, что процедура займет несколько часов – и все это время мне остается только волноваться, ждать и гадать, как там моя девочка. Она бы хотела, чтобы я позаботился о Бенджамине, а не стоял здесь, готовый убить любого при малейшем намеке на то, что операция идет не по плану.

До университета добираюсь как в тумане, все время думая о своем маленьком ястребе. Провожу пальцами по пистолету на бедре, затем по карману, где лежит телефон Джун. Он не такой навороченный, как мой, но рисковать нельзя, отец может за мной проследить. Мой мобильник остался в комнате общежития вместе с телефоном Делайлы.

Разговаривать со мной Джун явно боялась, но без колебаний отдала свой мобильный и дала слово позвонить, если появятся новости о Делайле. Теперь я понимаю, почему Деклан к ней привязался.

Паркую джип за старым ангаром, обстановка знакомая, но мне от этого не легче. Здесь, за водонагревателями, есть еще один тайный вход в тоннели. Тяну за рычаги, замаскированные под выключатели в электропанели, и старая ржавая дверь со скрежетом ползет по бетонному полу.

В воздухе пахнет плесенью и сырой землей. Включаю фонарь и, зажав в руке пистолет, начинаю спускаться. Ступени мокрые и скользкие, и я двигаюсь медленно, контролируя каждое движение. Отсюда добираться до тайной комнаты дольше, но отец охотится за мной, и возвращаться в дом братства было бы слишком рискованно.

Пробираюсь знакомыми жутковатыми переходами и погружаюсь в воспоминания. Как мы бродили тут с Делайлой, как ее смех эхом отражался от стен, как я сжимал ее руку. Кажется, это было в прошлой жизни.

Стараюсь отогнать эти образы и сосредоточиться на настоящем. В конце концов добираюсь до куда более прохладного туннеля – верный признак того, что я почти у цели. Дойдя до ничем не примечательного участка стены, в котором скрывается дверь, ощупываю холодные влажные трубы и нахожу ту, что служит импровизированным рычагом. Резко поворачиваю ее, раздается мягкий щелчок – это механизм открывается, и я толкаю камень. Благодаря хорошо смазанным петлям, он поворачивается бесшумно.

Шагаю внутрь, и тут же мне в лицо светит тусклый фонарь, а в живот упирается дуло пистолета. Инстинктивно вскинув руки, смотрю в забрызганное грязью усталое лицо Бенджамина. Он подозрительно щурится, но, узнав меня, опускает пистолет и глубоко выдыхает.

— Твою мать, чувак! Ты меня до смерти напугал.