Книга Только он!, страница 75 – Ольга Кабацкая

— Я сама, – открыв ящик, я протянула ей штопор, и отошла к холодильнику, доставая сыр и упаковку уже нарезанной ломтиками колбасы.

Соорудив тарелку с лёгким перекусом, я взяла в руки бокал и поморщилась, сделав глоток.

— Вот ты сама морщишься, – зажевав привкус сыром, я с укором посмотрела на поедающую маслины Свету.

— Морщусь, – не стала отрицать женщина. – Меня любить сухое вино научила свекровь, пусть земля ей будет пухом. Она пила его, как воду. Не единой эмоции на лице. Однажды я у неё спросила. Говорю, Валентина Ивановна, как вы можете пить эту гадость? А она, знаешь, так посмотрела на меня, – Света выпрямила спину и гордо вскинула подбородок, изображая свою свекровь. – И говорит. Моя милая девочка, запомни, что как только ты перестанешь обращать внимание на вкус того, что пьёшь, знай – самое страшное уже произошло. А если тяготы жизни вкус пойла перебить не может – значит и проблемы, которые ты считаешь таковыми – просто тьфу. Пережуй и выплюнь. Вот и ты, Саша, бери оливку и жуй.

— Это маслины, – напомнила я, послушно натыкая её на зубочистку и отправляя в рот.

— Хрен редьки не слаще, – отмахнулась Света. – Я сколько не жую их, так и не поняла, чем кроме цвета они отличаются.

— Ценой? – предположила я.

— Вот поэтому и беру, то оливки, то маслины. Смотря на что акция!

Отсмеявшись, мы немного помолчали, думая каждая о своём.

— Ну чего нос повесила? – нарушила тишину Света. – Раз от вина морщишься, значит не всё так плохо.

— Я и не говорила, что всё плохо, – выдохнула я, крутя бокал за ножку. – Просто не думала, что Стужев за мной поедет. И не просто поедет, но и поселится в доме напротив! Ещё и хвост из бывших за собой притащит…

— Как я поняла из твоего рассказа, хвост сам притащился. Обновляем? – не дожидаясь от меня ответа, Света подлила вина в бокалы. – И вообще, посмотри на это с другой стороны. Мужик дома всё бросил, за тобой примчался. Жизнь, можно сказать, заново решил начать. И заметь, это учитывая то, что ты нос от него воротишь.

— Не беспричинно, – напомнила я.

— Это никто не отрицает, – кивнула Света, соглашаясь со мной. – И я его не оправдываю. Просто это – поступки. Нужно уметь их ценить.

— Для переезда много ума не надо, – пискнула я, сделав глоток и скривилась.

— Не скажи, – поморщившись, соседка съела несколько маслин. – У меня старший сын со своей девушкой, чуть ли не с первого класса вместе были. Сначала дружили, потом и любовь проснулась, первая, – Света брезгливо махнула рукой. – Затем оба в университет поступили. Закончили. А потом им работу предложили. Ему здесь, а ей в столице.

— И кто за кем поехал? – поинтересовалась я, смутно припоминая Сергея, о котором она сейчас рассказывала. – Она осталась, да?

— Нет, – мотнула головой соседка. – Расстались они. Никто не захотел жертвовать своим шансом. А лет через пять снова встретились, когда она к родителям в отпуск приехала. Снова решили попробовать. Катались друг другу, пока она не забеременела. И что ты думаешь?

— Раз Сергея я вижу периодически – девушка всё же переехала? – предположила я.

— Нет, – возмущённо выдохнула Света. – Ни она сюда, ни он к ней. Оба струсили бросать всё, что у них есть. У него здесь, а у неё там. Идиоты, оба.

— А как же ребёнок? Она родила?

— А то, – улыбнулась Света. – Девочку. Наташей назвали. Вот только даже ради неё не стали менять привычный уклад жизни. Я это всё к чему, Саша, – рассмеялась она. – У моего оболтуса и любовь была. И ссор масштабных, как и обид, с Настей не было. Мог бы спокойно уступить, переехать и создавать ячейку общества, а не быть телефонным папой и «отцом на отпуск и майские праздники». А твой Стужев молодец. Понимает, что ты его как мужика не примешь, а всё равно старается. Бросил всё, переехал. Квартиру нашёл рядом. Помогать во всём готов. Молодец.