Книга Только он!, страница 78 – Ольга Кабацкая

Кого-то… Никитку. Не Людовика же, в самом деле…

Услышанного мне хватило, чтобы воспроизвести в памяти нехитрую цепочку последних событий. Температура. Стужев. Аптека.

По всему выходило, что проспала я от силы пару часов. Если не меньше. Настенные часы показывали половину десятого, Лёша пришёл около девяти… мозг упорно отказывался считать.

— Ой, – прошипела я сквозь зубы, принимая сидячее положение.

Голова тут же закружилась, заставляя меня прикрыть глаза и переждать приступ нахлынувшей дурноты. Медленно поднявшись и игнорируя мельтешение черных мошек перед глазами, я по стеночке поползла в сторону кухни.

Во-первых, надо посмотреть, чем Стужев кормит моего сына. Кто его знает, может пельменями. Или вообще сосисками. Жареными… ой, от этой мысли в глазах резко потемнело.

Ну, а во-вторых, мне очень хотелось пить. Так сильно, что стоило мне остановиться в дверном проёме кухни, как первым порывом было добрести до раковины, провернуть вентиль и присосаться прямо к крану, плюнув на то, как это будет выглядеть со стороны.

Горло саднило так, что даже дышать было больно. Так какое мне дело до того, что подумает о моих действиях Стужев. Никакого. Абсолютно.

Осталось только отдышаться и выполнить задуманное. Проще простого. Нужно просто чуть-чуть опереться на косяк и…

— Ты зачем встала? – возмутился Стужев, заметив меня в дверях.

Или услышав, что будет вернее. Дышала я так, что сама поражалась раздающимся хрипам и своей одышке.

— Так, Никит, будь умницей и посиди немного без меня. Держи, – всучив сыну в руки какого-то слонёнка, которого я не припоминала среди наших игрушек, Лёша направился ко мне. – А тебе надо обратно в кроватку.

— Я хотела… попить, – сипло выдохнула я, понимая, что сил сопротивляться нет. Поэтому спокойно позволила Стужеву подхватить меня на руки. И именно в этот момент я поняла, что на мне надета пижама, хотя я точно помнила, что засыпала в джинсах. – А когда я переоделась?

— Я тебя переодел, – заявил Стужев, осторожно сгружая меня на диван.

— Ты совсем охренел…

— Во-первых, ты сама попросила тебя переодеть и даже указала рукой, в какой стороне я найду вещи. А во-вторых… если я скажу, что делал это с закрытыми глазами, тебя это успокоит? Нет? – меня хватало только на то, чтобы грозно сопеть. – А если скажу, что видел тебя полуголой и раньше? Тоже не аргумент?

— Вообще не аргумент! – попыталась я рявкнуть, но не уверена, что Стужев понял хоть слово из-за одолевшего меня приступа кашля.

— Сейчас, – Лёша отошёл к столу и налил в стакан из откуда-то взявшегося на нём графина нечто похожее на сок. Судя по цвету – вишнёвый. – Держи.

Сделав несколько глотков, я поняла, что не угадала. Это был морс. Очень кислый морс.

— Умничка, – похвалил он меня, забирая пустой стакан и возвращая его вновь наполненным. – Пей. Я сейчас Никитку проверю и вернусь. Заодно градусник принесу.

Проводив его задумчивым взглядом, я сделала несколько глотков. Пить действительно хотелось жутко. И кислинка, стоит отметить, была очень кстати. Правда, я не совсем понимала, где Стужев взял графин. У меня такого точно не было.

— Ты в магазин ходил? – уточнила я, когда он вернулся, сжимая в руке градусник.

Электронный. Точно не мой, так как у меня был ртутный. Говорят, он самый верный…