Книга Заброшка, страница 127 – Эра Думер

Он сказал: «Дальше вы сами по себе. Не облажайтесь».

— Вот уж спасибо, – хмыкнула я и поправила руку воеводы на своем плече. Он вернул свой кощеевский облик. – Ты как?

— Порядок. Кровь потерял, только и всего.

— Не есть хорошо.

— Жить буду.

Нас обступало пещеристое пространство желоба Амброзии. Наша пара ковыляла по абстрактному тоннелю, похожему на подземный переход с уклоном в советский ампир: стены расписаны фресками явлений богов различным народам, были тут и египетские папирусы, и сюжеты совершенно иномирного толка, где происходило что-то невнятное. Пол, похожий на осколки кафеля и стекла, замешанные в бетоне, напоминал санаторный, не хватало только электронных часов с крупными зелеными цифрами и пыльных фикусов.

— Давно построили этот мост? Выглядит все, как говорили мои сверстники, «совково».

— Девятый – один из старейших, – ответил Чернобог, хромая и подтягивая ногу. – Господин Лебье выбрал его, вероятно потому, что шлюзы старого типа легче взломать. По нему совершалось множество прыжков в иные измерения, но меня направляли уже через более современный тоннель. Там даже есть кулеры с гарцевой водой.

— Что за гарцевая вода?

— С экстрактом гарца, это такой природный энергетик.

Остаток пути преодолели в тишине, перебиваемой хриплым дыханием моего раненого товарища. Непостоянное освещение, как фонарь за окном поезда, сменялось темными участками, в которых фрески богов и их почитателей обретали зловещие очертания. Ко всему прочему прибавлялся резкий запах курильниц, встроенных в вентиляционную систему, благовоний и мирры. Для введения в особенный транс, как у йогов, да?

Наконец, уперлись в тупик. Чернобог освободился и, опираясь о стены, подошел к табличке, похожей на свод правил. Он пролистнул соглашение, не читая – так, видно, делали все, – и ввел несколько символов. По стене поехала тонкая линия – будто ее разрубило лезвие.

Появился белый просвет.

Я сглотнула, смотря прямо перед собой. Из щели подул сильный сквозняк. Он нарастал, и бил в лицо, как в метро, когда из тоннеля вылетает вагон и сбивает ветряным потоком – и сердце колотится сильно-сильно. От адреналина. От страха перед неизвестностью.

Я возвращалась домой. На Землю. Во что же она превратилась в мое отсутствие? В поломанную карту компьютерной игры? В зону отчуждения, как Чернобыль? И крутится ржавое чертово колесо… А вокруг – пустоши.

— Готова, солдат? – спросил Чернобог. Он был бледен, и мне хотелось поскорее остановить кровотечение.

— Готова, воевода. Вперед – спасать нашего бедового напарника. Будет в долгу перед нами. – С этими словами я шагнула в новое пространство.

В лицо ударил поток соленого ветра. Кожей я почувствовала солнечный жар, а на глазах проступили слезы от контрастирующего с мостом Амброзии света. Зрение не сразу привыкло, поэтому пару мгновений я пробыла в прострации.

Носа коснулся йодистый запах, а запястья стягивали веревки.

— А ну пошли! – рявкнули над самым ухом, и мои глаза распахнулись до двух блюдец.

Впереди – спина и черная копна волос, сзади сбивчиво дышали в затылок. Человеческий паровозик дернулся, меня потянуло следом, я стала переступать ногами и с ужасом поняла, что щиколотки связаны теми же путами, что и руки. Казалось, нас было человек десять, и судя по всхлипам и причитаниям, все – женщины.