Книга Вторичка, страница 94 – Эра Думер

«Не велик труд, если есть информатор. Но тебе лучше об этом не знать».

Ритуал изгнания Темной Матери проводили на месте. В центре солярного символа – солнцеворота, олицетворявшего победу весны над зимой. Консьерж находилась где-то неподалеку, если успела выбраться из пут, которыми я связала ее сосуд. Помимо стылого кострища, телеги с ветхим тряпьем и брошенного велосипеда мы ничего не обнаружили.

Я достала из кармана зажигалку, но Ян увлек меня в сторону; через мгновение, всколыхнув волосы, пролетело что-то объемное – столкновение выбило из рук волос и источник огня. Бог осмотрел меня и увел за спину, вглядываясь в сумрак, как притаившийся лис.

— Что это было?

— Наверняка небесный кит, кого же еще мы можем встретить? – прошептал с ироничной ухмылкой Ян. – Хотя больше похоже на летающий секонд-хенд.

Я выглянула из-за плеча напарника и тут же распознала в существе, угрожающе сидевшем напротив, горку ветоши с телеги, которая удачно слилась с пейзажем. Под шапкой из лоскутов – прорезь с парой мутных огоньков; они сверкнули, и туша взмыла в небо. Мы проводили ее взглядами – от такой маневренности у меня отвисла челюсть, и я отвлеклась от поиска ритуальных предметов.

В небе тряпки сжались и взорвались фонтаном цветов: у тряпичной куклы была голова, набитая соломой, от которой развевались цветные ленты и подсолнухи. На натянутом льне морды черным углем выведены неподвижные глаза и изогнутые в нежной улыбке губы, как у матрешки. Нет, не матрешки…

— Масленица! – крикнула я. – Это Мара!

— Люблю пиршества, – оскалился Ян и прицелился из левого пистолета-руки в летевшую на нас куклу. Тату Школы Порядка вспыхнуло и тут же погасло. – Я голодный.

Ленты, оборки, юбка – все перестало трепетать на ветру, застыло, как жук в янтаре. Я уставилась на Яна, который уже сцепил руки за спиной и с усмешкой покачивался на каблуках. Символ засветился на жалкое мгновение, но этого хватило, чтобы заморозить Консьержа. А если дольше? А если задействовать оба родительских знака сразу? Ты полон сюрпризов, бог-катастрофа.

— Иголочка, я ценю твою дзен-буддистскую нерасторопность, но это, – показал на Мару, – временный экспонат. Не соблаговолишь ли отыскать ритуальные предметы?

— А, да… да, ищу, – отвисла я и, опустившись лицом к самой земле, возобновила поиск.

Я нашла зажигалку, но со вторым ингредиентом возникли сложности, Луна была единственным источником света: щурилась и ломала глаза, но без толку. Кукла шевельнулась, но через короткий отрезок вновь окаменела.

— Абсолют помилуй, монстр отмерзает! – притворно испугался Ян, засунув руки в карманы пальто. Он куражился над моей паникой. – Секретную магию второй раз не проверну, туповат я для этого.

— Не умеешь работать головой – работай руками, – огрызнулась я, перебирая снег, грязь и золу.

Бог весело засмеялся, но, как аристократ-белоручка, только и делал, что глумился над служкой и раздавал команды. Впрочем, у моего напарника была иная функция – физическая сила. Подловив момент, когда Мара вырвется из временных оков, он бросился на нее, взял в захват и повалил на землю. Недвижимая нарисованная рожа гротескно улыбалась. Ян забрался на Хранительницу сверху и, зафиксировав ногами, прижал за затянутую веревками шею к земле. Темная Мать неистовствовала и вырывалась. Времени не было. От ограниченного времени и нервов у меня затряслись руки.