Книга Вторичка, страница 120 – Эра Думер

Около ста-хе дома по периферийной улице, на которой селились мигранты, я обнаружил парочку охранителей Тайной канцелярии^[69]. «Черная ряса» с кастой меж бровей жестом указал мне стоять. Бронированный тан был припаркован на подъездной дорожке менторского жилища.

— Разреши, я пройду, там мой наставник, – сказал я.

Лысый инитиец мотнул головой:

— Не положено.

— Что здесь произошло?

— А кто ты такой, чтобы я держал перед тобой слово?

Напарник его посмотрел на меня и постучал пальцами по особым татуировкам Тайного отдела в виде линий крест-накрест.

— Никто. Никто, но может ли ученик знать, жив ли его учитель?

«Черная ряса» в отдалении рассмотрела меня.

— Лье, – обратился он к говорившему со мной, – это, кажись, Белый Вейнит.

Я не отрицал, ответил лишь, теряясь, что ищу Джа-и, двухметрового чужемирца, и попытался пройти, но путь мне преградил охранитель:

— Джа-и Рриэйей повесился. Разделяю горе, ма йли Белый Вейнит.

Внутренние нити мои натянулись, как струны арфы, и зазвенели в дисгармонии. Чушь. Разве могу я верить словам?

— Я опознаю тело, – шагнул в сторону, но врезался грудью в ладонь Лье. – Таков протокол, охранители. Кто-то должен опознать тело – откуда я могу знать, что наложил на себя руки мой наставник, а не иной пьянчуга?

Вход в его укромное жилище ясно просматривался. Одинокая душа его, еще не присоединившаяся к Всесоздателю, еще не переродившаяся на Вельвайсе-хор-ла, направляла меня.

— Нам велено не впускать гражданских, – ответили мне. – Особое распоряжение.

Чувства накрывали меня свинцовой волной.

— Он оставил послание? – спросил я.

Ничего Джа-и не оставлял – таков был ответ. Тишина была мне ответом. Меня попросили поскорее удалиться, но я, сопоставив факты, уже уверился, что без воспитателей не обошлось. Дергать за ниточки Тайной канцелярии и Инития они знатно умели. Тогда от натяжения порвались и мои арфовые струны – истерично брякнули и хлестанули по пальцам.

— Я пойду к нему, – вымолвил содранным голосом и впервые открыл вверенным мне, как мастеру арочных переходов, «ключом» дверь халупы Джа-и.

— Несанкционированное применение сил! – крикнул охранитель и направил на меня плоскую длань со светящимися линиями. – Стоять!

В пару рывков преодолел бездну, которой представлялся вход в учительский дом, но на пороге меня уронили мордой в брусчатку и сковали тело паралитиком, чтобы не рыпался.

— Остыл? – спросили, когда я устал дергаться. Охранитель поднял за волосы мою голову. – Послушай, по протоколу, – продавил Лье, – я должен доставить тебя в отдел дознания. Время сейчас неспокойное.

Смысл слов не добирался до моего сознания – я с тупым выражением лица взглянул на «черную рясу». В конечности постепенно возвращалась энергия.

— Но я закрою глаза на твои фокусы, – продолжал Лье, – потому как скорблю вместе с тобой, Белый Вейнит. Иди с миром, не порочь честь покойного учителя. Иди.

Волоча слабые от паралитика ноги, я покидал площадь. Вдогонку безымянный охранитель окликнул:

— Благодари своих воспитателей, что мы не арестовали тебя! Адепты Хаоса и Порядка прекратили грызню благодаря их союзу!

Порванные струны арфы восстанавливались жгучей патокой – приторной, смертельной – я ей сочился.

— Отблагодарю, уж не сомневайся, – осипшим голосом сказал я. – За все отблагодарю. Мало не покажется.