Книга Принцесса для Темных земель, страница 4 – Таня Туманная

Отец клялся, будто последние годы тёмные сами проявляют инициативу и ищут с нами общения. Убеждал, что верит в возможность настоящего мира.

Я считала, что моей жизнью лишь покупают спокойные годы на подготовку к войне.

Матушка говорила, что я рассуждаю чересчур мрачно.

Я покорно соглашалась.

В любом случае все мы помнили, что общаемся с врагами. Не было ни сватовства, ни бала. Ни Тёмный Властелин, ни доверенные его слуги не решились посетить нашу столицу. Договор передали птицей, и я подписала его с тяжёлым сердцем.

Матушка пыталась уговорить отца провести скромную прощальную церемонию только для семьи, но угомонилась, когда я клятвенно пообещала на неё не приходить.

Мама очень старалась быть полезной. Не в силах повлиять на решение Совета, она взялась за то, над чем имела власть. За оставшееся время матушка твердо вознамерилась превратить меня в настоящую принцессу. Ей упорно казалось: если в Тёмные Земли приедет достаточно милая девочка, то даже злобные потомки демонов не посмеют её тронуть. От подобной наивности тошнило, но я старалась спорить поменьше. Не так много времени нам оставалось, чтобы тратить его на споры.

Лилит

Проснулась я, как и следовало ожидать, посреди ночи.

Было одиноко и грустно.

Как правило, ночью Весна отказывалась спать все моей комнаты. Волчица выла, визжала, скулила и скреблась в дверь изо всех сил. Максимум, на что соглашалась подруга, так это лежать на полу, а не прямо в моей постели. Но, стоило Весне лишь услышать, что я проснулась, как она мгновенно запрыгивала на кровать. Без привычного утреннего ритуала «умывание собачьими слюнями» я чувствовала себя невероятно тоскливо.

Отвлекли от этих мыслей меня естественные человеческие позывы, сопротивляться котором становилось всё сложнее.

Я распахнула дверь кареты. Рядом с ней ехал всадник на обычной, как казалось на первый взгляд, лошадке.

Лошадка повернула ко мне голову, как всегда поворачивают наблюдающие за жертвой хищники. Синие глаза в темноте слегка светились.

— Остановите карету, — приказала я. Солдат посмотрел на меня, как на капризного ребёнка. Я успела заметить, что глаза у него льдистые, а губы слегка отливают синевой. Не сказав ни единого слова, он ускакал вперёд, но уже через минуту вернулся с графиней, сидящей на скакуне пегой масти. Её лошадь мой дар опознал как нормальное животное.

Я едва не кинулась обниматься.

На моё оживление графиня смотрела странно. Её глаза — тоже льдисто-синие, у самого зрачка уходили в небесную голубизну. Я отметила, как похожи они на глаза солдата.

Я кашлянула и попыталась изобразить воспитанную принцессу.

— Прикажите остановить карету. Мне нужно отойти.

Несколько секунд графиня Станская смотрела на меня так, будто размышляла о формулировке отказа. Я набрала в грудь побольше воздуха, готовясь высказать всё, что думаю об этом. Напуганная и слабая, но я всё же была принцессой!

Графиня передумала и выкрикнула слово на языке, которого я не знала.

— Вам нужно сопровождение? — спросила она любезно.

Я отказалась и спрыгнула на землю. Под пристальными взглядами солдат я углубилась в чащу.

Лес здесь был странным. С одной стороны, вроде бы и обычный — трава, кусты, деревья и всё это, кажется, даже не плотоядное, а с другой — он ощущался ужасно чужим. Он не принимал меня. Я ему не нравилась.