Книга Принцесса для Темных земель, страница 8 – Таня Туманная

Сейчас Джархан наверняка заберёт питомцев в свою комнату. Если, конечно, постель его не занята какой-нибудь миловидной, чересчур брезгливой особой.

Эта мысль злила. Отправляясь сюда, я не задумывалась о том, что Тёмный Властелин может мне понравиться.

Последний, кто нравился мне — Кристофер, жених младшей сестры. Принц Арсавена был на старше Сары семь лет, мой ровесник. Он переехал к нам, когда ей едва исполнилось девять. Любил животных, любил речные прогулки. Мы много времени проводили вместе. Мне казалось, что я ему интересна.

Помню, как я спрашивала у отца: почему не я? Я тоже принцесса и по возрасту подхожу больше, почему Кристофер приехал не ко мне? Отец нёс какую-то чушь, ссылаясь то на мою роль потенциальной наследницы, то на друидов, то на родителей Криса. Чуть позже Найли выяснила для меня правду.

Когда Крису показали мой портрет, первой реакций его было: «А нет ли у Его Величества других дочерей?»

Не помню, чтобы я об этом плакала. Внутри будто вымерзло всё, что касалось противоположного пола.

А теперь вот, кажется, оттаяло. Очень не вовремя.

Закрывая глаза, я видела лицо Джархана, подсвеченное бликами пламени.

Чего стоило мне накраситься и одеться наряднее? Научиться делать причёски? Почему я не забрала сшитые матерью платья?!

Заткнув рот подушкой, я рассмеялась зло. Что за чушь! Помнится, на портрете, отправленном Крису, я не только была собрана лучшими мамиными модистками, но и слегка приукрашена льстивой кистью художника. Не помогло! Если даже на портрете не помогло, то что говорить о жизни. Графиней Станской — безупречно-хрупкой куколкой с нечеловечески серым лицом, — я всё равно не стану, что бы с собой не сделала. Проще смириться и не тратить время. Да, пускай и не выйдет из меня красавицы, но хоть снисходительную жалость не буду вызывать бесполезными попытками.

Решить проще, чем сделать...

Мне стало дурно, душно и тесно в убогой комнате. Давил низкий потолок, раздражал горьковатый запах трав, которыми, похоже, отмывали пол и стены. Перина была слишком мягкой, постельное бельё грубым, а звуки из окна — громкими.

Меня бесило абсолютно всё, и справляться с эмоциями я умела лишь двумя способами.

Но никого из моих питомцев под рукой не было.

Лес тоже оказался чужим и отказывался отзываться, и всё-таки это лес. Прогулки на природе всегда успокаивали меня.

Я подошла к окну и распахнула ставни. В комнату хлынул прохладный воздух, пахнущий животными и дымом. Я поёжилась. Здесь холоднее, чем дома и одежду, подобранную для наших температур, стоило сменить на что-то потеплее. Матушка, насколько я помнила, положила мне тёплый плащ и несколько камзолов из плотной шерсти.

Я оглянулась на сундук. Копаться в нём было лень. Так пойду. За час-два серьёзно не замёрзну и тем более не заболею.

Осталось решить одну маленькую, совсем пустяковую проблему.

Рядом с моими окнами рос шиповник. Я попыталась осторожно отломить веточку в локоть длинной. Шипы поцарапали пальцы. Я зашипела зло, но дело закончила и вернулась с добычей к своему сундуку.

Законы Рубежных королевств не позволяли мне войти в полную силу, но ряд мелких фокусов я освоила без ведома и помощи наставников.

Настоящий друид никогда не потеряется в лесу. После инициации они начинали особенным образом чувствовать землю и направление. Развлекая меня и Найли, один из придворных друидов, помнится, угадывал, из какой части замкового сада мы срывали внешне совершенно одинаковые травинки.